— Я не могу сказать, где Лейн. Я попросту не знаю!

Его правую ладонь внезапно охватил зуд, перерастающий в жжение. Под кожей извивались мерзкие черви, прогрызая ходы наружу, корчась и сплетаясь в отсветах угасающего костра. Эдрика пронзили ужас и отвращение. Левая ладонь взметнулась к лицу, кожа которого покрылась волдырями, вспухла и загноилась.

— Посмотрим, что ты знаешь, — спокойно заметил Клиссен, когда Эдрик зашелся криком.

Подернутая сумраком пещера напоминала треугольную ощеренную пасть. Арен внимательно оглядел ее, с такой силой сжимая рукоятку меча, что костяшки пальцев побелели.

— Думаешь, она вошла туда?

Кейд кивнул из своего укрытия: он скрючился за большим валуном, готовый в любое мгновение пуститься наутек. В руке он держал нож, но, похоже, не слишком на него полагался.

Арен быстро оглянулся — не проскользнула ли добыча назад, чтобы затаиться в засаде. Со всех сторон круто поднимались зеленые склоны оврага. Наверху траву освещали косые солнечные лучи, но здесь, внизу, стоял неподвижный полумрак. На земле громоздились камни всевозможных размеров, от мелких голышей до громадных замшелых валунов. Между ними струился ручеек, глубиной по щиколотку и шириной в несколько шагов. Рядом дремали волглые тощие деревца, на ветвях которых настороженно сидели вороны.

Из пещеры послышался дробный стук каменной осыпи.

Кейд вскочил на ноги, готовый кинуться прочь. Арен ухватил его за плечо и пригнул обратно к земле.

— Это она, — прошептал Арен с торжеством, перемешанным с ужасом. Кейд в отчаянии издал слабый стон.

Арен вышел из укрытия и крадучись направился вперед; сердце у него колотилось, дыхание перехватывало. Его товарищ не шелохнулся, и Арен сердито оглянулся, подав знак идти следом. Угрюмо бормоча, Кейд выполз из-за валуна.

Они были уже не мальчишки, но еще не вполне мужчины, хотя сами считали себя взрослыми. Арен был нескладный и невысокий, его тело еще не сложилось окончательно. Кейд, коренастый паренек, был сколочен покрепче, но напрочь лишен изящества. Лоб Арена закрывали густые каштановые кудри; глаза у него были добрые, подбородок сплющенный, а посреди лица торчал массивный нос, напоминающий якорь. У щекастого Кейда черты лица были мелкие, губы непрерывно шевелились, а на подбородке проступала первая поросль, белесая, как и коротко стриженные волосы на голове.

Первым добычу приметил Кейд: в папоротниках что-то шевельнулось, мелькнул мохнатый бок. Большущая, как медведь, заявил Кейд приятелю, едва отойдя от испуга. Точно такая, как описывал Дарра. Они следили за ней до самого оврага и наконец загнали в ловушку.

Арен подкрался ко входу в пещеру, за которым словно бы начинался другой мир, холодный, серый и жесткий. Ни единого движения. Арен собирался двинуться дальше, но Кейд схватил его за руку.

— Ты правда хочешь войти внутрь? — недоверчиво прошептал он. — Может, подождем здесь? — Арен видел, как Кейд пытается измыслить веский довод. — Накинемся, когда она вылезет наружу!

Предложение показалось Арену соблазнительным. Такую зверюгу проще одолеть при дневном свете, имея возможность для маневра. Но поджидать в засаде — удел трусов. Когда легендарный Товен загнал драккена с Королевского кургана в его же логово и там сразил, он не топтался снаружи.

— Нет. Мы застанем ее врасплох, и тогда ей не удрать, — заявил Арен.

— Ага, план хоть куда, — заныл Кейд. — Лучше не придумаешь. А если удирать придется нам?

Арен нырнул внутрь, и вокруг сомкнулась молчаливая мгла. Он двинулся вперед, оставляя ручей с левой стороны и пригнувшись пониже, а мечом прикрывая туловище, как учил магистр Орик. Сзади послышался всплеск, потом череда ругательств — стало быть, Кейд тоже идет за ним и успел промочить по крайней мере одну ногу.

«Она вроде волка, но таких волков ты сроду не видал! — с горящими глазами рассказывал им Дарра. — Настоящая варгиня, ростом тебе по плечо, шириной с телегу, а зубы точно кинжалы! Я видел, как она пробиралась сквозь деревья в Сандеровом лесу!»

«Мой брат тоже ее видел, — подхватила Мия. — А на другой день в отцовом стаде трех овец недосчитались, остались только клочья шерсти да кровь».

Арен старался не думать о размерах зверюги и ее зубов, как и о том, что мечом он владеет вдесятеро хуже Товена. Вместо этого он представлял себе ликование горожан при их возвращении, уважительные кивки почетного караула кроданцев, гордость в глазах отца во время хвалебной речи градоначальника. А приятнее всего было бы сияющее лицо Соры, когда он преподнесет ей лапу варгини — дар героя своей госпоже.

Впереди пещера резко поворачивала вправо, и дорогу заслонял каменный выступ. Свет из горловины пещеры сюда почти не проникал, и Арен пожалел, что они не прихватили фонарь. Не очень-то весело в темноте столкнуться лицом к лицу с чудовищем. Пожалуй, и впрямь стоило устроить засаду. Недаром ему всегда были милее предания о смекалистом Томасе, нежели о его могучем брате Товене. Томас побеждал благодаря уму и сноровке, а не силе оружия.

А если из пещеры есть еще один выход? После стольких поисков не хотелось бы упустить чудовище.

Вплотную прижавшись к холодному камню, Арен заглянул за поворот и увидел небольшой подземный зал. По одной из стен проходила неровная трещина, достаточно широкая, чтобы протиснуться сквозь нее. Ручей пересекал зал и устремлялся в другой проход. Ничто не шелохнулось, лишь беспрерывно струилась вода.

— Ну что там? — спросил Кейд.

— Сам посмотри, — ответил Арен и двинулся дальше.

Сквозь щель в потолке сочилась влага; тьму разгонял косой солнечный лучик. По берегам ручья, тускло поблескивая, в изобилии произрастали светящиеся мхи и склизкие грибы, иные из которых были совсем незнакомы Арену.