— Садитесь, — мужчина махнул рукой, дверь хлопнула, и я осталась одна.

Чуть подумав, умостилась на табуретку. Через окно были видны только ветки граба, которые ветер периодически колыхал туда-сюда и кусочек неба в рваных облаках.

Смотреть на это мне быстро надоело, и я задумалась.

Не знаю, сколько я так просидела, уже и спина затекла, и коленки, но садиться на диванчик не хотелось. Интуитивно. Так и сидела с деревянной спиной и ноющими коленками.

Наконец, дверь скрипнула, и в комнату вошел ничем не примечательный мужчина в темно-сером костюме, не худой и не толстый, среднего роста, с бесстрастным лицом, на котором выделялись небольшие колючие глазки.

Не поздоровавшись, он скользнул по мне рентгеновским взглядом и аккуратно умостился на низком диванчике. Но как он ни старался, коленки оказались почти вровень с лицом. Уголок его рта при этом раздраженно дернулся. Заметив мой взгляд, серый мужчина вернул бесстрастную маску и с минуту молча рассматривал меня снизу вверх.

Я, в свою очередь, смотрела на него сверху вниз, и тоже молчала.

Когда играть в гляделки ему надоело, он, наконец, заговорил приятным мягким баритоном, причем скорее утвердительно, чем вопросительно:

— Лидия Горшкова.

— Да, — равнодушно подтвердила я и чуть поморщилась, затекшая спина неприятно отреагировала укусами тысяч злых муравьев.

Вновь возникла длинная-длинная пауза. Серый мужчина разглядывал меня уже с нескрываемым интересом. А я молчала.

Да, сперва я решила «включить дурочку», похлопать глазками, нести бессвязный бабский трэш, но, при длительном размышлении, на которое мне любезно предоставили столь много времени, я пришла к выводу, что в данной ситуации выгоднее использовать образ «умной, но недалекой идеалистки, слегка с лучезарной придурью».

— Лидия Степановна, хотите спросить, почему вы здесь? — вкрадчиво поинтересовался он.

— Нет, — сказала я с невозмутимым видом.

Серый мужчина чуть сузил глаза. Опять воцарилась тишина.

— Неужели вам не интересно, зачем вас сюда привезли? — он вновь предпринял попытку втянуть меня в диалог.

— Нет, — безучастно пожала я плечами и уставилась в окно.

— Хорошо. Тогда расскажите нам, Лидия Степановна, — вдруг подался вперед мой собеседник (учитывая впирающие коленки и низкий диванчик это получилось довольно комично, да и он сам это понял и раздраженно откинулся назад), — о чем вы говорили с Романом Мунтяну?

— Эммм… — сперва аж опешила я и чуть не свалилась с неудобной табуретки. — С Мунтяну? Но он никогда не разговаривает вообще-то. Ни с кем. Боюсь, что он и разговаривать толком не умеет.

— А все-таки, — прищурился мужчина, хотел опять нагнуться вперед, но вспомнил о коленках и передумал. — Нам доподлинно известно, что он заходил к вам в кабинет и приглашал на некую встречу.

— Ну, раз вам все известно, то и добавлять здесь нечего, — демонстративно потерла виски я: голова болела все сильнее и сильнее.

— Лидия Степановна, — не повелся мужчина, — мы знаем, что завтра вечером вы пойдете на встречу на Набережной, и здесь нам будет необходима ваша помощь. Так сказать, небольшое дружеское содействие. Подчеркиваю — небольшое.

— Какая помощь? — удивилась я, — Какое содействие? Грохнуть Мунтяну? Поджечь гаражи? Разбить все бутылки с пивом?

— Каким пивом? — не понял мужчина.

— Не знаю. «Жигулевским», наверное. Я в сортах пива не особо ориентируюсь, знаете ли, — фыркнула я.

— Лидия Степановна, … — в обволакивающе-мягком тоне мужчины проскользнули стальные нотки, но я перебила:

— Скажите, пожалуйста, уважаемый незнакомец, что же вам действительно от меня нужно? Вот не верю, что все это вы затеяли ради одного разговора о коллективном распитии пива в гаражах.

— Лидия Степановна, … — опять попытался достучаться до меня мужчина, но я опять перебила, нависая над ним:

— И давайте уже разговаривать нормально, или везите меня обратно, или сажайте в тюрьму, или на что там еще хватит вашей фантазии… — проворчала я. — У меня работы полно, уже ночь почти на дворе, а мы тут с вами гаражные пьянки работяг депо «Монорельс» тайно обсуждаем.

Неожиданно мужчина тихо рассмеялся.

— Да уж, повеселили.

Я поморщилась.

— Признаться, впечатлен, — вкрадчиво начал мужчина, резко успокоившись (он больше не пытался ёрзать на диванчике, но от его расслабленной позы повеяло опасностью). — Мда…. не могу не согласиться, нам нужна… некоторая информация.

— И достать эту информацию на всей планете могу только я, правильно? — подхватила я.

— Вы наблюдательны…

— Угу, а еще умна и прекрасна, — поддакнула я сердито. — Так что там за секретная информация такая?