— Я смотрю, братец, ты не разучился на чужбине танцевать наши народные танцы. Браво!

— Спасибо, сестра! — сказал, отдышавшись, Дар и почувствовал, как его рот растягивается в улыбке до ушей. Он вновь пережил те восхитительные ощущения, когда случайно узнал от Карла Беккера, что он, оказывается, — многодетный отец, и причём со стажем.

— Я что-то не могу так сразу сообразить, а сколько моим племяшкам сейчас лет? — спросила Инара, с нежностью глядя на брата.

— Пять, — этот вопрос немного смутил новоиспечённого отца, поскольку он до сих пор не видел в глаза своих детей. Но, по идее, тройняшкам должно быть сейчас около пяти. Да и Беккер говорил, что им по виду лет пять-шесть.

— Замечательно! — обрадовалась Инара. — Тогда они смогут дружить с моим Арсеном. Вот им всем вместе будет весело!

— Пожалуй, да, — вспомнив про своего племянника, который родился у сестры в повторном браке, сказал Эльдар. Арсену пошёл четвёртый год, и вся родня не чаяла в мальчике души, ведь в их роду он был самым младшим. Нетрудно представить, какой всеобщий восторог и ликование вызовет новость, что в полку Сафаровых прибыло, и сразу так значительно.

Дару всё ещё удивительно и непривычно было думать, что он — отец. Наверное, если бы, как всякий мужчина, он находился рядом с женой, пока она была в положении, осознание своего отцовства пришло к Сафарову гораздо быстрее.

— А как зовут твоих детей, Элик? — спохватилась Инара.

— Одетта, Одиллия и Оскар, — Эльдар покраснел, поскольку имена своих детей он узнал от Карла Беккера. Конечно, это неправильно. Но тут уж ничего не попишешь.

— Как интересно посмотреть на деток! — продолжила сестра. — На кого они похожи?

— На меня, — ответил Сафаров и закашлялся, потому что он опять сейчас говорил со слов Беккера, и не знал, как ему признаться сестре, что он ещё не видел собственных детей. — Но только у дочек глаза голубые, как у Марты, а сын — моя маленькая копия.

— Надеюсь, с Мартой всё в порядке? — спросила Инара, очевидно, заподозрив, что у брата какие-то проблемы. Ведь известно: интуиция редко подводит женщин. Да и Эльдар почему-то вдруг изменился в лице, ссутулил плечи, но главное — говорил как будто неуверенно.

— Да, — ответил Эльдар, — но, правда, не всё в порядке у меня.

— Как это? — не поняла сестра. — Вы что, поссорились? — и тут же забросала его вопросами: Ты смог выяснить, Элик, почему Марта сбежала после свадьбы? Надеюсь, наша невестка не вышла повторно замуж? Как ты объяснил детям, почему тебя все эти годы рядом с ними не было? Представляю, братец, как тебе сложно было об этом говорить! Могу сказать одно: это нужно один раз пережить. Главное, чтобы дети поняли, что ты их любишь и никогда от себя больше не отпустишь. А ещё очень хочется, Элик, чтобы ты детей привёз к нам скорее. Сам знаешь, у мамы проблемы со здоровьем. Может, прижав к своему сердцу правнуков, она пойдёт на поправку?

— Легко сказать, — вздохнул Сафаров и постарался вкратце рассказать о своих отношениях с Мартой, и что она скрывает от него рождение тройняшек, а почему — он никак не может понять. Впечатление, будто она ему не доверяет.

— Возможно, Марта опасается, что ты попытаешься отобрать у неё детей, — предположила Инара, поставив себя на место невестки. — А доказать ей обратное, боюсь, будет непросто. Кстати, Элик, ты так и не ответил на мой вопрос: Марта в Германии не вышла второй раз замуж? Девушка-то она красивая!

— Нет, — Сафаров помрачнел лицом, вспомнив про музыканта, который, похоже, пытался ухаживать за Мартой и в сердцах добавил: Но мне от этого, Инара, не легче! Она ведёт себя со мной так, как будто я её враг.

— Мне это трудно представить, — сложила сестра брови домиком. — Я же прекрасно помню, какими влюблёнными взглядами вы смотрели друг на друга на вашей свадьбе. Мне кажется, Элик, вам кто-то тогда позавидовал и опорочил тебя в глазах твоей невесты. А Марта не стала выяснять, где правда, а где — ложь, и просто сбежала к себе на родину.

— Мне тоже приходила в голову такая мысль, — признался Эльдар. — Но я не представляю, что можно было такого ужасного сказать про меня, чтоб Марта захотела сбежать со своей собственной свадьбы?

— Подумай, мой дорогой, ещё раз хорошо, кто мог тебе желать зла, либо что-то хотел от тебя? — сказала Инара и вдруг воскликнула: А ведь ты зря, Элик, злился на меня тогда из-за того, что я обращалась к экстрасенсам! Помнишь, они все говорили, что Марта жива, а один ясновидящий сказал всего лишь три слова: “Они будут вместе”? Ну, скажи после этого, что я была не права, а?

— Да, действительно, — медленно произнёс Эльдар и хотел добавить что-то ещё, но вдруг в дверь его номера постучали. Извинившись перед Инарой, Сафаров попрощался с сестрой и пошёл открывать дверь, недоумевая, кому он вдруг мог понадобиться среди ночи?

Хочешь, я взорву все звёзды?

Открыв дверь, Эльдар увидел в коридоре своего однофамильца из полиции. За его спиной маячила взволнованная администратор отеля. В общем-то, женщину можно было понять, ведь Герман Сафаров заявился к их гостю среди ночи в форме. Сказав администратору, что всё нормально, а полицейский — это его друг, у которого только что закончилось дежурство, он впустил майора в свой номер.