Все было прекрасно, Айсира сумела привыкнуть к выпекающей ежедневной жажде, научилась отрешаться от неприятных ощущений, не обращать на них внимания. В какой-то момент ей даже показалось, что она сумеет продержаться достаточно долго… ради дочери, ради ее малышки. Подкосило девушку неожиданное событие, после которого она уже не сумела оправиться, не смогла бороться и дальше. Слишком было больно, слишком горько. Ведь однажды ночью ее браслет расстегнулся…

Глава 2.

— Илриса? — усмехнулась кучерявая девчонка, поудобнее устраиваясь на толстом бревне, лежащем у колодца сколько я себя помню. — Что это вообще за имя такое?

— Нормальное имя, — нахмурилась я. — Саму-то как зовут? — с интересом рассматривала задаваку. Раньше ее не видела, видимо из города к кому-то приехала, — решила я.

— Елизавета, — задрав нос, представилась девочка.

— Приятно познакомиться, — выдала заученную фразу.

— Чего? — шмыгнула Елизавета, с недоумением поглядывая на меня.

— Так принято отвечать в светском обществе при знакомстве, — чуть свысока посмотрела на новую знакомую.

— Каком… обществе? — совсем растерялась Елизавета.

— Тебя что, не учили этикету? — заинтересовалась я.

— Эти… чему? — снова переспросила сбитая с толку девочка.

— Хорошим манерам, — перефразировала я, присаживаясь рядом на поваленное дерево и готовясь прочитать новой знакомой лекцию о необходимости знания тончайших граней этики поведения в обществе. На эту тему я могла говорить очень долго, просто повторяя слова мамы. Уж от нее-то я наслушалась достаточно нравоучений на эту тему. — Этикет — это обобщение правил поведения в обществе в любой ситуации, — деловито сообщила я. — Существуют определенные требования к внешнему виду, манерам, общению и прочим особенностям поведения. У разных народов такие правила могут различаться в соответствии с их культурными особенностями, но могут меняться и в рамках одной культуры.

Отвлекшись от своей увлекательной речи, я посмотрела на удивленно открывшую рот новую знакомую. Именно в этот момент я решила взять над ней шефство, пропадет же одна! Так и вырастет необразованной. Мимо нас прошел дядька Егор, погоняя своих козочек в сторону дома. Он частенько использовал недопустимые словечки, обращаясь к несчастным животным. Мама запретила мне эти слова слушать и запоминать. Поэтому я изо всех сил старалась не вслушиваться в его бормотания и покрикивания.

— А ты откуда все это знаешь? — отмерев и проводив козочек взглядом, спросила Елизавета.

— Меня мама учит, — охотно кивнула я.

— Странная она у тебя, — тихо заметила девочка. — Моя мама говорит, что твоя мама блаженная.

— Моя мама не такая как все, — согласилась я. — Но она не блаженная. — Несмотря на ранний возраст я знала, что это слово означает. — Просто мама приехала издалека, там все не так, как здесь.

— А твой папа где? — с присущей детям непосредственность, поинтересовалась Елизавета.

— Он… остался там, откуда приехала мама. Но скоро мы вернемся к ней на Родину. И к папе.

— А мой папа сам от нас ушел, — тихо поведала девочка. — Мама говорит, мы ему больше не нужны, он нас больше не любит.

— Как это? Он же твой папа, он всегда будет тебя любить! — уверенно возразила я.

— Правда? — с надеждой уставилась на меня Елизавета.

— Правда! — подтвердила я.

— Так ты скоро уедешь? — вернулась к расспросам новая знакомая.

— Уеду, — уверенно кивнула я. — Мама говорит, это может случиться в любой момент. Даже сегодня или завтра. А может и через год.

— Как это? — удивилась Елизавета.

— Не знаю, — пожала плечами в ответ, немного слукавив.

На самом деле мама говорила не совсем так, но повторять ее слова мне было категорически запрещено. Мы живем втроем — мама, тетя Марина и я. Вот уже семь лет. Я родилась здесь, в деревне Псарьки, но мама и правда не отсюда. Она попала в это место не по собственному желанию. Все сложно. Мама не просто не из этой деревни, она даже не из России и более того… не с Земли.

Моя мама очень умная, целый магистр по изучению основ построения порталов и взаимодействия с другими мирами. Вот! Несколько лет назад, еще до моего рождения, мама проводила научный эксперимент, который… пошел не так, как нужно. И маму выбросило из родного мира на Землю. Как же мне хотелось рассказать новой знакомой, что мама на самом деле самая настоящая волшебница и я тоже волшебница. Просто на Земле нет магической энергии — циани, поэтому мы не можем здесь творить всякие чудеса, а в своем мире мама много чего умела, даже летать! Правда… в это даже мне не слишком верится, но не может же мама меня обманывать! Она постоянно говорит, что нужно немного подождать и наш родной мир — Галлея обязательно призовет нас обратно. Просто притянет и все, даже на автобусе не нужно будет ехать. А может, папа спасет нас раньше.

Про папу мама мне очень много рассказывала. И я точно знаю, что папы всегда-всегда любят своих детей! И мой папа меня любит, хоть и не видел ни разу и даже не знает, что я есть. Мама редко описывала его внешне, хотя это тоже, а больше рассказывала какой он. Обнимала меня перед сном и рассказывала, какой папа умный и добрый, и образованный, столько всего умеет! И мне не терпится с ним познакомиться. Не знаю, отчего так, но мама ни разу не упоминала, кем он работает, говорила только, что служит при дворе владыки. Да-да, не смейтесь, именно владыки. И не абы какого, а владыки лиаров. И мама лиар, и я тоже. Нет, подождите, это мальчики лиары, а девочки лиарии. Мама как-то нашла в одной книжке картинку с красивым огромным драконом, улыбнулась и сказала, что лиары почти такие же. Я немного запуталась, когда она мне это рассказывала. Вроде как когда лиар влюбляется сильно-сильно у него вырастают крылья, самые настоящие, и он может летать. А у детей крыльев не бывает. И если не любишь никого — тоже не бывает. Как это только, никого не любить? Вот я маму очень-очень люблю. И папу, хоть и не видела никогда. Значит, и у меня будут крылья. Правда, я маминых крыльев никогда-никогда не видела, а она папу сильно любит и меня тоже любит.