Шрифт:
– Вы меня очень утешили, спасибо.
– Ну я побежала… – Владислава, видимо устав меня успокаивать, выбегает за дверь.
Скрываюсь в уборной, а когда выхожу обратно, то перед зеркалом в гримерке стоит… Дед Мороз!
Вот уж тут с костюмом не оплошали, – машинально отмечаю про себя.
Тут и добротные красные штаны с белой оторочкой, и тулуп, и усы, длинная чуть ли не до пояса борода, шапка с помпоном. Все как положено…
Дед Мороз тоже разглядывает меня довольно внимательно.
Это Герман или нет? Господи, без очков, которые конечно не пойдут Снегурочке, и которые я оставила на своем рабочем месте, мне и не понять!
– Здравствуйте, – говорю смущенно.
– Здарова внученька, – усмехается мужчина.
Ну да, я же по сценарию внучка Деда Мороза! Так что нефиг пялиться на него, как на золотой слиток. Опускаю глаза в пол. Но чувствую – он все равно смотрит. Начинаю краснеть.
– Сколько еще до начала? – спрашиваю робко.
– Скоро. Нас позовут.
– У меня… неприятность с костюмом.
Боже, ну как я могла во все это вляпаться? Как объяснить этому мужчине, что не могу выйти потому что у меня – голая грудь. Да я в обморок упаду если мне с Германом Самойловым про грудь откровенничать придется!
– Какая неприятность? – сдвигает брови дедуля.
Голос становится ниже и могу поклясться – Дед Мороз смотрит именно на мою грудь!
– Я жду костюмера… С костюмом неполадки. Она скоро будет… Надеюсь, успеет.
И тут в динамик, висящий над туалетным столиком, влетает гул зала:
– Де-ду-шка! Сне-гу-ро-чка!
– Кажется, нас зовут, – произносит мужчина.
– Я… пока не готова, я же объяснила, – меня начинает душить паника. Но мужчина наступает, и я произношу уже громче и пронзительнее:
– Я не пойду! Не заставите!
– Черт, только не это, – издает полурычание-полустон дед мороз. – Девушка, я все понимаю, боязнь сцены и все такое. Но это не Бродвей, мадам. Всего лишь выйти и вручить подарки по списку. Уверяю, вы справитесь. Даже с такой… проблемой.
Боже, как хочется ему втащить! Даже если это Самойлов – плевать. Сейчас я буквально киплю от ярости. За то, что как с идиоткой со мной разговаривает. И за то, что принизил мою проблему…
– Вы что, с девушкой драться будете? Тоже мне мужчина! Я все объяснила! Не пойду!
– Вот заладила, – Герман явно все сильнее впадает в ярость. Наверное, не привык, что ему перечат женщины.
– Мы тут не в "Ну погоди", чтобы сидеть и слушать как коллектив до хрипоты орет: "Сне-гу-ро-чка!" – голосом злого серого волка рычит на меня мужчина моей мечты, впрочем, сейчас моя влюбленность стремительно тает, как мороженое в зной.
– Простите, – голос испуганно дрожит, но от своего не отступаю. Бороться с тем, кто столько времени был спутником твоих грез и снов… Это сложно. Но я держусь и не сдаю позиции. Хотя впервые так близко нахожусь к главному боссу, и вблизи он в сто раз красивее, и это очень деморализует мою волю…
– У вас… ус отклеился, – говорю чистую правду – справа искусственная атрибутика Деда Мороза безжизненно повисла. Но даже это не портит красоты этого мужчины.
– А у тебя, внученька, платье слишком короткое, не бережешь ты нервы дедушки, – едко парирует Дед Мороз. – Поторопитесь. Я не собираюсь убивать на эту ерунду целый вечер, – произносит он уже серьезно.
– Не пойду пока не вернется костюмер! – выпаливаю упрямо.
– Хм, я, конечно, мог бы и на руки взять. Но боюсь как-то не по сценарию, – сдвигает наклеенные брови Самойлов.
– Не приближайтесь!
– Вы, девушка, мне сегодня в полной мере демонстрируете выражение «Бойтесь своих желаний», – хмыкает мой партнер по сцене, делает шаг вперед и вот я уже взмываю в воздух, не успев проанализировать его последнюю, довольно интригующую фразу. Какие такие желания? Что Герман хотел этим сказать?
– Отпустите! – кричу во всю мощь легких.
– Мы идем к зрителям.
– Я не могу, нет, пожалуйста!
Под гром оваций Дед Мороз выносит Снегурочку на сцену…
Глава 3
Герман
А она веселая, эта Снегурочка. И грудь у неё красивая, да что там – глаз не отвести от пышных полушарий, едва не вываливающихся из выреза неприличного платья. Где только такой наряд откопали, не в магазине для взрослых, надеюсь. Так что, в какой-то степени понимаю возмущение девушки. И, надо признать, мне нравится ее стыдливость. Такое редко встретишь в нашем современном мире. Друзья меня иногда ворчуном зовут, потому что баб критикую часто. За чрезмерную, нарочитую сексуальность, развязное поведение, силикон, ботокс и так далее. Хочется естественности, а ее сейчас днем с огнем не сыщешь.