Немного подумав, и взвесив каждое слово, ты говоришь.

Лиана: – Если это и так, то тебя это никак не должно волновать.

Кирилл Князев: – Разве я не имею права знать, с кем проводит ночи моя жена? А если пресса узнает? Ты об этом не думала?

Лиана: – Не волнуйся. Я веду себя более сдержанно и скромно на публике, в отличие от тебя.

Усмехнувшись, Кирилл продолжает гипнотизировать тебя взглядом, заставляя нервничать так, как никогда раньше.

Кирилл Князев: – Ты ведь приехала насовсем?

Лиана: – Как бы мне не хотелось этого делать, но… да.

Кирилл Князев: – Значит, твой избранник либо последует за тобой, либо…

Лиана: – Да что ты так зациклен на моей личной жизни? Не приедет, так здесь найду. Делов-то на пять минут.

Кажется, для этого у меня всё в порядке, после твоей благотворительной лекции. Или хочешь ещё помочь чем-то? – язвительно огрызаешься ты, желая вызвать хоть маленькую толику вины в его зачерствевшем сердце.

Но он лишь пожимает плечами и грустно улыбается в ответ.

Кирилл Князев: – Ты итак идеальна. Просто будь естественна. Мужчинам это нравится.

Лиана: – Ну, не знаю, о каком типе мужчин ты говоришь. Мне в основном попадались только те, что смотрели на внешность. И им было абсолютно всё равно, что я говорю, делаю или думаю.

Кирилл Князев: – К сожалению, и такие экземпляры тоже встречаются.

Скажи. Ты всё ещё злишься на меня?

Лиана: – Злюсь ли я на то, что ты посоветовал мне сделать?

Нет. Я злюсь из-за того, что ты оказался прав.

Никто и не смотрел в мою сторону пять лет назад, пока я твёрдо не приняла решение изменить не только себя, но и свою жизнь.

И я не понимаю, как можно быть такими черствыми и бессердечными к тем, кто открыт перед людьми душой и сердцем, и хочет быть счастливым, не уподобляясь моде и другим идеалам.

Видя твоё подавленное состояние, Князев подходит к тебе и заключает в свои крепкие объятья, давая возможность успокоиться и прийти в себя от несправедливости этого мира.

Баюкая в своих надёжных руках, словно маленькую девочку, ласково гладит по голове, а ты глубоко вдыхаешь его аромат, и с упоением наблюдаешь за тем, как его обнажённая грудь покрывается мелкими мурашками от твоих лёгких прикосновений.

Кирилл Князев: – Такова жизнь, малышка. И с этим нам ничего не поделать.

Оставив невесомый, и скорее всего необдуманный поцелуй на твоих волосах, мужчина слегка отстраняется, и, заглянув в глубину твоих серых глаз, произносит.

Кирилл Князев: – Прости, что испортил тебе жизнь, Лиана.

Я поступил очень глупо и подло по отношению к тебе.

Но, поверь, на тот момент я считал, что делаю это всё, исходя из добрых побуждений.

Когда-нибудь я расскажу тебе свою историю, если ты захочешь. А теперь… позволь в оставшееся время исправить то, что ещё можно. И быть твоим другом, когда бы тебе не понадобилась моя помощь.

Ну, так что? Мир?

Тяжело вздохнув, и подумав над его предложением буквально минуту, ты протягиваешь ему ладонь для рукопожатия и скрепления вашего только что состоявшегося договора.

Лиана: – Мир.

И как бы тебе не хотелось, чтобы складывающиеся отношения между вами преследовали мирную и обще дружескую цель, в глубине души всё же зрела частичка сомнения, чтобы всё это не переросло в пустые хлопоты, которых в данный момент тебе никак не хотелось приобрести.

Ты невольно вздрагиваешь от тесной неминуемой близости, и тихо произносишь, пытаясь выпутаться из его объятий.

Лиана: – Мне уже пора. Спасибо за завтрак.