– Никакой магии! – горячо заверила Кэти. – Но чистка одежды и обуви оплачивается отдельно.

– Хорошо, – кивнул Гарри. – Однако я о другом. Об особенных услугах, которые наверняка предоставляются постоянным клиентам.

Он многозначительно умолк, и Кэти, поджав губы, покраснела и выхватила из-под стойки скалку.

– Сколько стоит подуть в рог? – быстро выпалил Гарри, пока она окончательно на него не обиделась.

– Что? – переспросила Кэти, остановив замах.

Гарри кивнул на желтоватый охотничий рог, висящий на стене позади стойки.

– Вы издеваетесь, – констатировала Кэти, опустив скалку.

– Отнюдь, – возразил Гарри. – Таверна называется «Хромой единорог». Путем нехитрых логических заключений я пришел к выводу, что это может быть рог единорога. Уникальная вещь!

– Вообще-то это возможно, – подтвердила Кэти. – Дед моей мамы рассказывал ей, что тысячу лет назад, когда червоточины нашего мира еще не затянулись, здесь, в Лоханках, случилась великая битва.

Гарри ел блины, с интересом слушая рассказ Кэти, которая вошла в раж, описывая события давно минувших дней.

– Ведьмы призвали несчетное войско тварей, и те хлынули волною, чтобы уничтожить людской род, – говорила она. – Воины гибли один за одним, сражаясь за свой мир и свободу, и вот враги окружили Владыку Урундура плотным кольцом, а ведьма опутала ноги его единорога колдовством. Единорог пал. И тогда Владыка взял его рог, омытый вражеской кровью, и подул в него, призывая подмогу.

Она взмахнула скалкой точно мечом.

– У меня вопрос, – сказал Гарри, дожевав блин. – А как Владыка Урундур взял рог? Тот же, как бы, к голове прикреплен. Он что, отломал его? У умирающего единорога? У, можно сказать, верного друга и соратника?

– Может, единороги сбрасывают рога, когда умирают, – предположила она.

– Принято, – кивнул Гарри. – Что же дальше? Подмога пришла?

– Звук, изданный рогом, разжег огонь в сердцах воинов, – продолжила Кэти. – Пробудил в них веру и надежду на победу. Сильные крылья вспороли кольчуги, вознося воинов к свету. Один за одним стали превращаться они в драконов, которые сожгли очищающим пламенем тварей зла. Конец.

– Эпично, – кивнул Гарри. – Так сколько стоит подуть в рог?

– Пять золотых.

– Что? – возмутился он. – Почему так дорого? Вы же даже не уверены, правда ли это рог единорога.

– А вдруг правда, – пожала плечами Кэти, пряча скалку назад под стойку. – Что значат пять золотых за возможность прикоснуться к святыне?

– Далеко пойдете, – усмехнулся Гарри. – Кстати, не откажетесь прогуляться со мной по Лопаткам? Я был бы признателен, если бы вы показали мне местные достопримечательности.

– Хорошо, – согласилась она. – Только ботинки ваши замшевые спрячьте подальше в чемодан и больше не доставайте. Я вам сапоги дам.

– Бесплатно? – уточнил он.

– Внесу в общий счет, – улыбнулась она.

Кэти сняла фартук, надела широкополую соломенную шляпку с синей лентой, а платье слегка подоткнула за пояс.

– Обувайтесь, – кивнула она на сапоги у порога. – Размер не знаю, но тесными быть не должны.

Вздохнув и брезгливо поморщившись, Гарри сунул ноги в чужую и явно ношенную обувь, прикидывая, как еще его могут унизить в этой деревне.

– Может, шляпу дать? – незамедлительно предложила Кэти. – А то денек солнечный, голову напечет…

– Я дракон, – раздраженно напомнил Гарри. – Мне даже огонь не страшен. А вы боитесь, что я получу солнечный удар?

Кэти невозмутимо пожала плечами и пошла вперед, и Гарри шагнул за нею следом из-под козырька таверны. Солнце тут же окатило его светом, заставив прищурить глаза, и на какой-то короткий миг он даже пожалел, что отказался от шляпы. Утренний певец, выскочив откуда-то из-за куста, тренькнул по струнам.

– Желаете музыкальное сопровождение? – любезно предложил он, сдув упавшую на глаза кудрявую прядь. – Что-нибудь залихватски-удалое, о драконьих победах? Или, быть может, печально-ностальгическое, о былых временах? – он глянул на Кэти, которая ждала их возле лужи, нетерпеливо притоптывая ножкой, обутой в сапог. – А может, романтичное, – заговорщицким шепотом предложил певец. – Для атмосферы.

– Давай романтичное, – согласился Гарри и, когда Франтик просиял, поспешно добавил: – Только не пой и держись позади в десяти шагах.

Сегодня деревня показалась ему симпатичнее, чем по приезду. В луже перед таверной отражалось солнце, над пышным кустом, покрытым мелкими розовыми цветочками, кружили пчелы и бабочки, а серый кот, сидящий на заборе, жмурил глаза, как бы подбадривая: да, Гарри, все будет хорошо, все идет по плану.

План у него и правда был, хоть и весьма условный, и он намеревался воплотить его в жизнь как можно скорее.