— Всё имеет свои минусы. — Философски заметил Крас. — Большие скопления людей всегда смердят, а в портовых… там просто дожди чаще и всю дрянь смывает в море или океан. А тут… скажем так, некоторые кварталы на удивление чистые.

— Но всё же… сомневаюсь, что во времена Рима был такой смрад.

— Успокойся, римляне собственной мочой стирали одежду, уверяю, запашок там был не лучше.

— Папа думает ввести налог на грязь. — Задумчиво сказал Уго. — Тогда у горожан будет весомый стимул держать улицы в чистоте, а может, и появятся специальные уборщики, которые будут следить за этим.

— И что останавливает?

— Времена непростые. — Сказал мальчик, тяжело вздохнул. — Могут бунты подняться, тем более какой-то гад пустил слух, что смрад отпугивает драконов и злых духов.

— И что, — спросил Орландо, вскидывая бровь, — правда отпугивает?

— Да кто ж знает, драконы редко даже в лес залетают. Их на всё королевство штук пять, может шесть. А с духами и того сложнее проверить.

Город подбирается к подножию холма, обхватывает с двух сторон, не решаясь вскарабкаться к крепостной стене. Отряд проскакал через широкую полосу без зданий и выехал в ворота. Группа стражников приветствовала Краса и рыцарей, с любопытством поглядывая на Орландо.

Дорога к замку обрамлена кустами роз, нежно-розовые бутоны покачиваются на ветру и роняют лепестки. На некоторых участках дороги под ними не видно камня. Уго вздохнул и сказал, указывая на розовый шлейф, сдвигаемый ветром выше по дороге:

— Мама обожает цветы, говорит на её родине таких нет.

— Шиповник и есть шиповник. — Сказал Крас, пожимая плечами. — Никогда не понимал, что она в нём нашла, как и в Винченцо.

— А мне нравится. — Сказал Орландо, умолчав, что после года среди бесконечных полей обсидиана и хищных лесов, даже сорная трава кажется прекрасной. — Красиво.

— Тогда тебе понравится её сад. — Сказал Уго. — Порой мне кажется, что цветы она любит больше чем меня.

Двор замка вымощен полированными плитами, в центре растёт раскидистый дуб и щедро посыпает двор листьями. Навстречу выбежали слуги, увели коней в конюшню. Пышно одетый мужчина с роскошным жабо начал обмахивать Краса и Уго щёткой из цветных перьев, стряхивая дорожную пыль. Низко кланяясь повёл мальчика в замок, норовя лечь под ноги, лишь бы наследник не наступал на не слишком чистые ступени.

— Это кто? — Спросил Орландо.

— Майордом, Силко. — Ответил Один из рыцарей. — Помешан на чистоте и обожает молодого господина. Но сам по себе та ещё скотина.

— Ого, а чем провинился?

— Орёт когда сплёвываешь через плечо или сморкаешься!

— Ага! — Поддакнул соседний. — А ещё по нужде в кусты сбегать не даёт! Гад!

— Действительно, сволочь. — Хмыкнул Орландо, двинулся за Красом.

Внутри дворец смотрится помпезно, узкие и высокие окна наполняют зал светом. Стены драпированы деревянными панелями и ткаными гобеленами. С кухни тянет жареным мясом. Крас ухватил пробегающего мимо слугу за плечо, развернул к себе и рыкнул:

— Где госпожа?

— Н-нет её! — Пропищал слуга, втягивая голову в плечи. — Уехала в гости к баронессе де Тюр.

— А герцог вернулся?

— Нет, господин… ждём со дня на день!

— Ладно, беги на кухню, пусть нам накроют стол в малом зале и нагреют воды.

— Желаете искупаться с дороги?

— Нет, пить хочу! Сам то, как думаешь?

— Д-да, будет сделано!

Слуга умчался сверкая пятками, скрылся на лестнице. Орландо идёт сдержанно оглядываясь и подмечая удобные для обороны позиции. Останавливается у портретов, на одном изображён крупный, на грани ожирения, мужчина со злобным лицом и кабаньей щетиной.

— О, это папаша герцога! — Сказал Крас, останавливаясь рядом. — Барон Борсл.

— Барон?

— Да, Винченцо тоже долго в баронах ходил, пока король не пожаловал новый титул за заслуги.

— Повезло.

— Можно и так сказать, но чем выше забираешься, тем сильнее грызня. Раньше гонял разбойников и мелкую нечисть, а теперь вот, мятежных баронов.

Орландо покачал головой, перевёл взгляд на нового знакомого и спросил:

— Когда приступать к обучению наследника и какое жалование?

— Да подожди ты! — Сказал Крас, всплеснул руками. — Сначала посидим, выпьем, поедим! Кто же сразу о делах говорит?

Взял Орландо за плечо и повёл по коридору вглубь замка.

Орландо схватил с блюда кус прожаренного мяса, вгрызся. В глазах мелькнуло нечто дикое. Крас застыл с вилкой и ножом, поднесёнными к еде. Гость запоздало отстранил надкушенный кусок, положил на тарелку, откашлялся в кулак.

— Извини, я слишком давно не ел нормальной еды.