Довольный своей изобретательностью Сергеев начал отсчет: - Раз, два, раз два...

Руки Иисуса, давно онемели, он уже не чувствовал ни пальцев, ни ладоней, а Сергеев все считал и считал, и Иисус как завороженный повторял, раз - руки согнуть, два - выпрямить. Руки Джейрана не выдержали и, задрожав - подкосились.

Раздался оглушительный гогот, Джейран затравленно стал подниматься с пола, на его курточке чернели следы сергеевской харковины. Как было весело кругом, но шоу продолжалось. Ни тени жалости, ни даже простого элементарного сочувствия не было в этих окружающих Джейрана и Иисуса лицах. Сослуживцам нужно были зрелище, и они его получали. Они веселились, они жили, они были сильны, они были молоды и полны энергии.

– Ну? Как слоны?
– Поинтересовался вбежавший в палатку Кот. Увидев пятна на х/б Джейрана, он заулыбался и проговорил - Фиии, сынок, да ты отжиматься не умеешь, ну что ж, этим мы займемся в следующий раз, а пока продолжим сон-тренаж. Иисус опасливо отполз от плевков и тяжело поднялся с пола.

– Подъем, отбой, - завел свое Кот.

Часы пропищали полночь, интерес к занятиям молодых давно пропал, приелось. А Кот все твердил - подъем - отбой... Вот уже и вечерний наряд вернулся. Пришел и Бугай, сел на кровать и начал молча раздеваться, а молодые все прыгали и прыгали. Наконец Бугай улегся, сладко потянулся и уставился на молодых. Посмотрел несколько минут с интересом за их действиями и презрительно крикнул тоном не вызывающим возражений:

– Все шабаш, отбой слоны.

Кот со злостью, но так что бы не было заметно покосился в сторону Бугая, спорить не стал, молча махнул головой как бы оставляя за собой последнее слово и как будто это он, по собственно воле, а не Бугай милостиво разрешил молодым лечь спать, удалился из палатки.

На кухне намечался сейшен, собрались Кот, Узбек, Сергеев и Липп. Присутствующие весело переговаривались и жарили картошку, открыли консервированный компот и просоледоленную банку с тушенкой. В ведре с холодной водой поблескивала стеклянными боками раздобытая не известно, откуда бутылка водки. А в кармане у Липпа в заветном пакетике покоились серые горошинки плана. Все приготовления наконец-то закончились, и присутствующие расселись за столом.

– Ну что, пацаны, вздрогнем - начал Кот.

Что б быстрее до дембеля, и что бы все живы.
– Опрокинул первым свой стакан с водкой себе в рот. Зажмурился, замотал головой и схватил ложкой тушенки. Смачно зачавкал, прожевал и заговорил чуть тоскливо.

– Эх, щас бы герлу помацать, даже не трахнуть, а просто помацать, - Кот закрыл глаза, видимо для полноты ощущения.

Вся компания весело и дружно засмеялась. Разговор о бабах - любимый разговор. Липп, вспомнил, как снимал телок на собственных "Жигулях", а Узбек в очередной раз начал рассказывать, как они в втроем трахали одну девушку. И что он был самым младшим, а посему ему удалось только раз, точнее ему разрешили попользоваться только раз. Разговор клеился.

Узбек с Липпом, делились затяжками заряженной папиросы. Время пролетело незаметно.

– Ну, все земели, - подвел итог вечера Кот, - солдат спит, служба идет. Вы на массу, а мне еще службу тащить. Сергеев, метнись, подними кого-нибудь из слонов, одного, пусть он тут приберет, а то завтра Кент увидит - на говно изойдет, - завершил он свою тираду.

Сергеев вошел в палатку и тихонько протиснулся к кровати Джейрана, грубо потряс его за плечо.

– Эй, нюх, вставай, пора шуршать. Спать дома будем, пошли за мной...

Ничего не понимающий со сна Джейран поплелся за Сергеевым... Придя на кухню, Сергеев очертил фронт работ.

– Вот значит. Здесь наведешь порядок. Что б все блестело, как у кота яйца.

При этом он хихикнул, видимо предположив под котом не животное, а Кота.

– Потом подметешь палатку и свободен. Да, вот еще что, у меня х/б замазалось, а я палец занозил, порошок, сука, разъедает, мочи нет. Не в службу, а в дружбу, стирани, братан.

Товарищам надо помогать, согласен?
– закончил он, по-товарищески обняв джейрана за плечи.

Джейран нахмурил брови и произнес:

– Стирать не буду.

– Сынок, я же тебя по-хорошему прошу, а ты на грубость нарываешься, немного удивившись непонятливости с угрозой начал Сергеев.

– Нет, - твердо ответил Джейран.

– Да, сынуля, да, - проговорил Сергеев, и резко выдохнул воздух, неожиданно два раза коротко ударил Джейрана в солнечное сплетение кулаком.

Воздуха Джейрану не хватило, он обхватил руками живот и согнулся пополам. Удар коленом в лицо выпрямил его и, не удержав равновесие, Джейран спиной свалился на стол, опрокидывая миски, кастрюли, ложки. Все с грохотом и звоном посыпалось на землю.

– Вы что, одурели, - влетел Кот на кухню.

– Он что помочь не может? Эй, слон, я тебе приказываю выполнять распоряжения Сергеева. А ты, - ткнул он Сергеева в грудь, - проследи.

Но без рук. Понял? Давай по-пырому, подъем скоро.

Утро началось с того, что Сергеев в чистой выглаженной гимнастерке зычно прокричал на всю палатку: "Подъем." Кто хотел - встали на зарядку и побрели из палатки, кто-то просто вышел покурить. Кто не нашел в себе силы - остались нежиться в теплых постелях еще полчаса. Бугай, надев широкие штаны и нацепив легкие тапочки, выбежал на улицу. Джейран с Иисусом тоже направились к выходу, но преградивший им путь Кот приказал остаться.