— Так не утро же…

— Разговорчики! Или мне в Ваше личное дело записать: дочь своего папеньки не исполняет приказов?

Глаза девочки наполнились слезами. Она дрожащими руками стала расстегивать униформу. Мужики, глядя на это, похабно лыбились, поглаживая свой пах. Наконец форма была снята, и девочка осталась в майке и казенных трусиках.

— Майку-трусы снять! Нечего казенное белье портить!

— Так…

— Р-р-р-азговорчики! Исполнять!

Слезы текли по щекам несчастной, но деваться ей было абсолютно некуда. Я решил, прежде чем вмешаться, досмотреть шоу. Майка и трусики были скинуты, и она встала, прикрывшись руками.

— Руки за голову, ноги шире плеч, продолжала командовать Старшая. Покрутись-ка на месте

Фигурка у девочки была отличная. Грудь — троечка, губки аккуратно побриты, а на лобке было сердечко.

— Гляньте-ка, а она шлюха первостатейная! Загоготал один из мужиков. Вот, помню, был я как-то в борделе, так там у всех блядей на лобке разные фигурки были.

— И сердечки?

— Конечно. У тех, кто в очко долбится.

— Долбишься в очко, Клуня? спросила старшая

— Н-н-н-ет…

— Да ладно, здесь все свои, сказал второй мужик. Они оба уже достали свои члены и вовсю наяривали.

— А для кого сердечко сделала?

— У меня в столице мальчик был. Хотела ему подарок сделать, да не успела…

— Знаю я эти подарки! Сама такая же была. В жопу небось давно долбишься, а передок «для мальчика» берегла.

— Нет!

— Разговорчики!! А ну-ка нагнись!

Девочка не выдержала напряжения и присев, расплакалась. Старшая кивнула одному из мужиков, тот подошел, поднял девочку за волосы и лениво отвесил две мощные оплеухи. Ее взгляд даже немного расфокусировался. Затем он также лениво, но вполне чувствительно стукнул девочке под дых и, когда она согнулась, зажал ее шею у себя под мышкой. Потом он развернул ее попой к Старшей. Та, не вставая со стула, взяла пальцем застывший жир с зайца и сунула его ей в попу. Немного пошерудив, она достала палец и брезгливо поморщилась.

— Она полная говна! Тащи нашу клизму, сказала она второму.

Тот ушел в дом и принес ведро с вделанным в него шлангом с краником и деревянным набалдашником в форме члена с дыркой. Неторопливо набрал ведро водой и повесил на гвоздь под потолок.

— Клизма готова, издевательски доложил он, поддрачивая член.

Старшая поднялась со своего места, сняла с пояса пару наручников и ловко пристегнула висящие как плети руки девчонки к ее щиколоткам, согнув почти пополам.

— Подводи

Первый подвел несчастную Клуню к ведру и развернул. Тем временем Старшая смазала жиром от зайца набалдашник и сказала:

— Не расслабишься — порву.

С этими словами она грубо и весьма глубоко вставила его внутрь. Клуня только пискнула. Старшая открыла кран и сказала:

— Упустишь хоть каплю — языком все убирать будешь.

Потом веселая троица оставила несчастную и опять села выпивать.

Минут через 15 старшая сказала:

— Отведи ее в кусты, чтоб здесь не воняло.

Мужчина аккуратно достал набалдашник. Видимо ему не хотелось быть испачканным.

— Иди сама! Не на руках же мне тебя срать вести!

Походка несчастной с пристегнутыми к ногам руками и полным животом вызвала у мучителей унизительный хохот. Едва доковыляв до кустов, Клуня присела и послышались звуки дефекации.

Процедура повторялась несколько раз. В конце вся компания была уже изрядно навеселе. Старшая сидела на стуле, широко раскинув ноги, один из мужчин лизал ее щель. Второй стоял рядом, и она задумчиво двигала рукой по его члену.

— Притащи эту дуру из кустов велела Старшая.

Тот, кому она дрочила, отошел и притащил Клуню, которая уже не сопротивлялась, видимо смирившись. Старшая, пьяными движениями не сразу расстегнула ей наручники и сунула руку в промежность

— Гля, а эта сука уже течет, пьяно заржала она.

Ладно, пора вмешиваться. Я снял защитный пузырь, взял в руку Хлыст и, как был обнаженный, появился перед честной компанией. Внешность, естественно, подправил — искусством иллюзий я теперь вполне владел. Теперь я выглядел раза в полтора шире, чем на самом деле, заросший рыжими спутанными волосами с красными светящимися глазами. Силуэт немного размыл, как бы клубясь. Член увеличил раза в три и эрегировал. Первой меня увидела, естественно, Старшая. Она оттолкнула лизуна и дико закричала, пытаясь встать. Я стоял не шевелясь. Дождавшись, пока она моргнет, я перешел на сверхскорость и оказался уже метрах в трех от нее, остановившись в той же позе, что и раньше. Все обернулись. Я «лениво» качнул рукой с Хлыстом, и голова лизуна разлетелась как гнилой орех, испачкав окружающих. Второй мужчина, понимая, что не успевает к стреломету, схватил со стола нож и кинулся на меня. Черный и есть Черный — несмотря на то, что был пьян, он действовал достаточно быстро. Я, также, почти не шевелясь и смотря в глаза Старшей, поймал его руку с ножом и сжав пальцы, раздавил ее ему вместе с костями, усилив боль. Он дико заорал и упал на колени. Я взял его за затылок и медленно насадил его голову через глазницу на член, сделав так, чтобы он вылез из задней стороны черепа, выдавив кусок кости с неприятным хрустом. Когда член проходил глаз, человек визжал не своим голосом. Я даже немного задержал движение его головы, дав глазу лопнуть, чтобы его «милый» начальник все увидела и поняла, а потом уже продолжил движение. Это было не сложно сделать, активизировав броню, покрывавшую член. Во время этого действа, я все время глядел ей в глаза. Краем глаза увидел, что Клуня метнулась в дом. Пусть ее… Проверим как работает стреломет. Я просто на всякий случай качнул в броню серого. Потом небрежным движением я снял труп с члена за волосы и бросил его в грязь. Клуня была в доме, когда старшая опять моргнула. В этот момент я оказался уже перед ней. Мерзко улыбнувшись, окутал себя трупным смрадом. Старшая, в полном ступоре, смотрела на стоящий перед ней огромный окровавленный член. В этот момент из домика выскочила Клуня со стрелометом и запустила мне в грудь витиеватую черную молнию. Ничего сверхъестественного я не почувствовал, можно было даже броню не усиливать. Когда она выстрелила четыре или пять раз, я небрежно махнул рукой с Хлыстом, разбивая стреломет в щепки. Старшая видела, что молнии попадают в меня, не принося никакого вреда. Потом я ей скабрезно улыбнулся и медленно перевел взгляд на Клуню, облизнулся, протянул руку к размозженной голове сидящего между ее ног трупа, зачерпнул мозги и сунул в рот, закатив глаза от удовольствия. Старшая тихонько взвизгнула и пустила струйку. Отлично. Служба ей медом теперь точно не кажется. Затем я указал ей пальцем на Клуню, потом в лес, а потом, наклонившись к ней, провел пальцем себе по шее и тыкнул в нее. Она мелко закивала. Тогда я отошел и не торопясь вразвалочку пошел в сторону паутины. Небрежно махнул Хлыстом, и паутина с тонким треньканьем разорвалась, издав жалобный стон и освободив мне проход. Спиной чувствовал два взгляда. Скрывшись в кустах, я накинул серый пузырь и вернулся, чтобы посмотреть на произведенный эффект.

Глава 4. Все получилось

Вышло что надо! Старшая сидела, так и не сведя ног, тупо глядя на трупы товарищей, а Клуня тихо скулила в углу. В конце концов, Старшая взяла себя в руки:

— Хватит скулить. Связывайся с нашими, вызывай подкрепление. Скажи — у нас нештатная ситуация. И скажи, чтобы прислали кого-нибудь из яйцеголовых. Я не слышала о таких существах. Что у них там происходит в запретке?!