– Мама тебе об этом рассказывала?
–  взгляд Джеймса упал на Майка и прижал его, как двумя иглами мертвую муху. - Она не стала бы говорить со мной об этом.

– Ага, - сказал Майк. Он потер ладонями глаза, откинулся назад и обнял Джеймса за плечи. - Раньше многие дети пропадали без вести. Мама была тогда еще маленькой, даже моложе тебя.

Джеймс кивнул и прижался к Майку.

– Она рассказывала, что там жил один старик, который раздавал детям печенье, она говорила, что он был очень дружелюбный, - сказал Майк. - Все родители были в замешательстве, потому что дети продолжали исчезать, а потом они начали замечать мух.

Майк расширил глаза, когда сказал последнее слово.

– Мух?

– Ага. Мама сказала, что все знали, что это он, но к тому времени, когда полиция попыталась что-нибудь предпринять, он уже был мертв. Он убил себя.

– Убил себя?
– Джеймс уставился в землю, скрестив руки на животе.

– Ага. Когда они нашли его, по нему ползали личинки, а по всему дому роились мухи. Он был мертв уже давно.

Джеймс прикусил язык, оттолкнулся от Майка и посмотрел на него.

– Ты не лжешь? Мама действительно так говорила?

Майк помнил ее предупреждения, ему приходилось слышать их снова и снова. Они с бабушкой винили дом в том, насколько плох стал Оак за эти годы, говорили, что зло привлекает зло. Дети все еще пропадали без вести, но похоже, что никто не пытался что-то с этим сделать. Бабушка думала, что каждый пропавший ребенок мертв, убит. Она сказала, что их души были похищены злом и заперты в этом доме. Но в этот момент ее разум уже начал угасать.

Когда Майк нашел маму изнасилованной и избитой возле их дома, она едва цеплялась за жизнь, превратилась в трепещущую пурпурную груду мяса. Как будто она еще пыталась держаться за жизнь, хотя смерть уже тащила ее в загробную жизнь, просто чтобы сделать Майку последнее предупреждение. Это был тот дом. Oн вызвал это, стал причиной всего.

Береги его, Майк. Береги своего брата. 

Майк кивнул.

– Ага. Без балды.

Сомневающееся лицо Джеймса расслабилось и свисло с его черепа. Его нижняя губа подскочила, как будто он хотел сказать что-то еще, но все, что вышло, было:

– Вау.

– Она сказала, что по всему дому были мертвые дети, некоторые из них уже превратились в кости. Сказала, что мух было так много, что стены выглядели так, как будто они двигались. Весь пол был покрыт личинками.

Майк похлопал Джеймса по спине и почесал голову. Джеймс продолжал смотреть в пол.

– Вот почему никто не ходит туда, - Майк положил ожерелье на журнальный столик, и бриллианты звякнули. - Но мы вернемся туда сегодня вечером, и ты покажешь мне, где ты это нашел.

Джеймс поджал губы, вытер ладони о джинсы.

– Хорошо, Майк, но разве мы не можем пойти туда днем?

– Ты что испугался? Ты же уже был там, и ничего не произошло.

– Да, но я не знал, что там старик убил кучу детей. Я не хочу возвращаться, – сказал Джеймс с широко раскрытыми глазами.

– Смотри, - сказал Майк. – Помнишь того парня с оружием? Он взял все, что у нас было, Джеймс.

– Я знаю, но...

– Нет, ты ни хрена не знаешь. Я пытался выжить. Пытался вытащить нас из Оака. Я хотел дать тебе шанс, чувак. Чтобы ты стал не таким, как остальные местные дети, не таким, как я.

Джеймс молчал, он сорвал нитку с джинсов и сунул в нее пальцы.

– Как будто это должно было случиться. Ты нашел это дерьмо в ту же ночь, когда нас бомбанули? Нам нужно идти. Это может быть нашим шансом.

– Но я не хочу туда возвращаться. Не сегодня.

Гнев Майка почти переполнился, но он проглотил его, проглотил и выдохнул через нос.

– Я не могу оставить тебя здесь одного.

– А как насчет бабушки?

Майк провел рукой по лицу.

– Она... с ней все будет в порядке, - Он бросил ожерелье Джеймсу. - Кроме того, мне нужно, чтобы ты показал мне, где ты это нашел.

Джеймс перебрасывал ожерелье из рук в руки. Он поднял глаза и улыбнулся.

– Ты гордишься мной? Мне не терпелось показать тебе, что я нашел.

– Черт, если бы не ты, мы были бы на дне. Ты знаешь, я горжусь тобой, чувак.

– Хорошо, пойдем. Я могу показать тебе, где именно я его нашел. Думаешь, мы станем богатыми?

Майк рассмеялся, схватив девятимиллиметровый ствол с пола, убедился, что магазин заполнен, и заправил его за талию джинсов.

Береги его, Майк. Ты обещаешь мне, что сохранишь его в безопасности.

Джеймс причмокнул.

– Зачем он тебе?

– Так, на всякий случай. Никогда не знаешь, что там будет.