Он откинулся на спинку кресла и теперь смотрел на меня по-деловому, как смотрит в офисе.

– Завтра летим в Сан-Франциско. Русские прилетают туда, у нас будет деловой ужин и небольшая встреча днем. Вылетаем утром, возвращаемся после ужина.

– Да, хорошо.

О работе говорить - вот что хорошо. Это безопасно и знакомо, и нет ощущения, словно я ступаю по минному полю, имя которому Колин Мастерс.

– Через два дня у нас встреча с адвокатом по поводу предстоящего судебного процесса. Я подал свое заявление, и его приняли. Осталось пережить суд и, возможно, одну-две встречи с опекунским советом. На этом, думаю, все закончится положительно для тебя.

Я смотрела в его глаза с благодарностью.

– Колин, я все хотела спросить…

– Спрашивай.

– Зачем ты подал заявление? Тебе ведь не нужны эти дети.

Он задумчиво потер нижнюю губу, не сводя с меня взгляда, от которого по коже бежали мурашки.

– Потому что так шансы выше.

– Но потом… когда мы…

– Разведемся?
– Я кивнула.
– Я не собираюсь отказываться от взятых на себя обязательств, Милана.

– Но зачем кому-то чужие дети?
– все еще не понимая, спросила я.

– Считай, что это адресная благотворительность.

Я кивнула, хотя все равно никак не могла взять в толк, зачем Колину лишний груз, учитывая, что он собирался жениться на своей невесте и наверняка завести собственных детей.

– И у меня еще один вопрос.
– Он кивнул, побуждая озвучить то, что меня мучило.
– Сколько денег я должна за адвоката?
– вышло совсем тихо, едва слышно.

– Нисколько.

– Но…

– Иди, Милана, у меня дела. И будь готова завтра в семь.

– Хорошо.
– Я подошла к двери, открыла ее и, помявшись, снова повернулась к Колину.
– Спасибо.

– Пожалуйста, - коротко ответил он.

Как только вышла в коридор, наконец сделала долгий выдох. Кажется, я совсем не дышала в его кабинете. В квартире было достаточно тихо, только из кухни раздавались звуки: Нора как всегда что-то готовила, чтобы побаловать Мастерса; и из детской - негромкий смех Вики и Ноа. Хантера и Карен слышно не было. В итоге я решила принять душ перед ужином, потому что день был слишком долгим.

Когда уже открыла дверь в свою спальню, из комнаты Колина вышла Карен. Окинув меня презрительным взглядом, она уже хотела пройти мимо, как я вспомнила, что пережила по ее вине, и лютая ненависть вкупе с презрением снова закипели у меня в венах. Не думая дважды, я схватила Карен за локоть и затащила в свою комнату, захлопнув дверь.

– Ты что себе позволяешь?
– взвизгнула она.

Я нахмурилась и выставила палец, указывая на нее.

– Ты и твой любовник чуть не стали причиной того, что я едва не потеряла детей.

– Любовник?
– спросила она, нервно хихикнув.
– Колин, что ли?

– Хантер.

– Ты совсем с ума сошла, девочка? Хантер мой кузен.

– Да, легенда именно такая. Я слышала сегодня, как вы разговаривали. Хантер действительно хороший актер.

– Милана, ты правда сумасшед…

– Ты завтра в полдень собралась к нему, чтобы переспать в благодарность за хорошо выполненную работу, - отчеканила я, внимательно следя за ее реакцией. Нужно отдать Карен должное - ни один мускул не дернулся на ее лице, а осанка осталась такой же безупречной. Но бледность, которая покрыла ее кожу, и руки с переплетенными пальцами и крепко сжатыми между собой, подсказывали, что она все же уловила посыл.
– Из-за твоих капризов дети могли попасть в детский дом, откуда их усыновили бы по разным семьям, и они могли бы больше никогда не увидеться.
– От одной мысли внутри все сжалось, и меня слегка замутило.
– И всему виной была бы ты со своими играми. Я не претендую на Колина, заруби себе на носу. Я ничего к нему не испытываю и избавлю его от моего присутствия так скоро, как получу опеку над детьми. А ты, если хочешь, чтобы я молчала насчет тебя и Хантера, должна убедить Колина в том, что меня с детьми не нужно выгонять.

Я замолчала и опустила руку. Карен слегка прищурилась и склонила голову набок. Я старалась держать лицо до последнего, потому что это был первый раз в жизни, когда я кого-то шантажировала. Страшно было до дрожи, и я чувствовала себя последней дрянью. Но когда обстоятельства складываются не в твою пользу, а на кону детское счастье, и не на такое пойдешь, чтобы обеспечить успех своему делу.

– А овечка не такая уж и невинная, - медленно сказала Карен.
– Я думала, ты и голос-то повышать не умеешь. А спиногрызов этих защищаешь, как мама-медведица. Удивила, Милана, вот уж правда, - она сделала шаг ко мне ближе.
– Давай заключим сделку. Ты стараешься не попадаться мне и Колину на глаза, ведешь себя отстраненно. Перестань бросать на него голодные взгляды.

– Я не…

– Ты можешь пытаться скрывать, но я все вижу. Перестань пожирать моего жениха взглядом, и я поговорю с ним. Вы останетесь здесь. Но, как только ты получишь документы, сразу разводишься с ним, чтобы я могла начать планировать нашу свадьбу.

– Я не могу сразу в тот же день или на следующий, это будет подозрительно.

– Мне плевать.

– Хорошо. Но ты должна сегодня же убедить Колина в том, что я должна остаться.

– Поверь, у меня есть пара рычагов воздействия на него. Никуда вы не денетесь. Но не смей открывать рта насчет Хантера, иначе я уничтожу тебя вместе с твоими детьми, поняла?