Он снова опустился рядом с ней.

— Так в чем дело? В чем ты видишь свое слабое место?

— Я не в силах выучить достаточно за отведенное время. А после всего, что ты сказал, у меня и желание пропало. Иногда Рита рассказывает мне о других женщинах, как док Добра, которая… Что такое?

Ганс оцепенел.

— Я знал доктора Добра. На самом деле я как-то раз чуть не застрелил ее по ошибке из бластера, о чем мне совсем не хочется вспоминать.

— Она почти святая для Риты и Железного Глаза. Я видела ее только пару раз, когда она появлялась в поселениях. Какая она была?

Ганс нервически засмеялся.

— Суровая дама! Знаешь, до того, как ее похитили сантос, она была совсем другой. Потом в тот день мы нашли ее — и чуть не убили, приняв за романана, — о чем, конечно, сожалеем, — он покраснел.

— Продолжай.

— Ну что, ума ей было не занимать. Знаешь, она перехитрила капитана Хелстеда, полковника и романанов в придачу. Рита обучала воинов, а док все продумывала, — Ганс кивнул самому себе.

— Да, продумывала. Она была мозговым центром. Она знала, что хочет услышать полковник, и именно это он и получал. И то же самое с романанами. Одновременно она переправила Джона Смита Железный Глаз на нашем ШТ, а мы и подумать не могли, что между ними что-то есть. Потрясающая дама.

— Она знала приемы Братства? — быстро спросила Сюзан.

— Братства? Нет, не думаю. Откуда ты узнала о Братстве? Это почти что легенда. Я думал, что весь материал по нему засекречен.

— Засекречен? — заинтересовалась Сюзан. — Вот бы заполучить его. Я думала, что это была просто политическая группировка в Конфедерации. Почему все говорят о нем с таким благоговением?

Ганс огляделся и нагнулся поближе.

— Они были не просто политической группировкой. Их корабли казались почти волшебными, а технологию даже нельзя сравнить с нашей сегодняшней. Они даже не имели официального представителя в Конфедерации, но к ним прислушивались все.

— Значит, они обладали особой властью? Интересно, какой… — Сюзан задумалась. — Наверное, надо просто навести справки и…

— Желаю удачи, — нервно засмеялся Ганс. — Все засекречено, ты что, забыла? Прости, конечно, но для дамы, всего месяц как научившейся читать, секретные шифры не по зубам. Только попробуй запросить эти файлы, и загорятся все красные лампочки, которые только есть на мостике!

— Кто меня может к ним допустить? Полковник? — ее сознание снова заработало, и — впервые — перед ней стояла конкретная проблема. Некоторые из тысяч фактов, которыми была забита ее голова, подсказывали ей важность этой проблемы.

— Может быть, — Ганс задумчиво прищурился. — Я даже не знаю, что может быть заложено в системе. Они могли и не ввести ничего в систему корабля. В то же время, самой «Пуле» более трехсот лет. Трудно сказать, что может быть зарыто в ранних банках данных.

— Видимо, я засвечусь, если попытаюсь узнать об этом со своего блока, — ей уже было лучше.

— Несомненно. Ты с этим плохо знакома. Я даже не уверен, что мне удастся забраться туда… а у меня в таких делах многолетний опыт. Я… Что ты вообще придумала? О нет! Никак! Сюзан, это невозможно! — он медленно покачал головой, снова опасливо оглядев орудийную палубу.

Она заявила с горящими глазами:

— Ганс, подумай, это же твой шанс! Ты МОГ БЫ это сделать!

— Это может оказаться также грандиозным провалом, — заныл он. — Падением от капрала до… обитателя гауптвахты!

Она одарила его, как ей казалось, своей самой обворожительной улыбкой.

— Ганс, ты говоришь, что не знаешь, как обращаться с женщинами, так? Не хочешь заключить сделку? Я научу тебя больше никогда в жизни не бояться ни одной женщины, а ты научишь меня проникать в компьютеры! — она радостно захлопала в ладоши.

Он набрал воздуха и надул щеки, сделав выдох.

— Лучше навсегда остаться холостяком, чем провести полдня на военном трибунале, особенно на СВОЕМ!

— Ганс, — лукаво сказала Сюзан, беря его за руку и доверительно придвигаясь к нему. — Никто не будет больше издеваться над тобой в общей комнате. Или ты предпочитаешь наблюдать за моими неудачами? Неужели ты не поможешь мне узнать, почему Братство было таким могущественным?

— Я прямо не знаю, — пробормотал он себе под нос, вздрагивая от ее прикосновения.

— Послушай, я, конечно, не красавица, но…

Он не дал ей договорить.

— Ты ШУТИШЬ! Каждый второй мужчина на этом корабле мечтает о тебе. Они просто думают, что Пятница Желтая Нога имеет преимущественное право! Господи, Сюзан, ты самая красивая женщина на корабле, даже такая измученная, как сейчас!

Она недоверчиво прищурилась.

— Ты мне льстишь, Ганс, но меня так просто не проведешь. Я знаю, что я…

— Ты когда-нибудь обращала внимание на то, как смотрят на тебя мужчины, когда ты идешь по коридору? Замечала, что они улыбаются? Открывают люки? Помогают убраться в спортзале?