В общем, я два дня готовилась. Помимо всего прочего, всерьёз решалась на то, чтобы рассказать Матвею о Павлике, но мне, честное слово, ни разу в голову даже не закралось подозрение о подставе.

Зато сейчас…

Припарковалась на стоянке у торгового центра и пошла бродить по этажам. Сто лет тут не была, даже лёгкая ностальгия накатила. Когда-то мы частенько тут с подругами гуляли, пропуская пары. Будний день, народу мало – красота. В Москве такого не застанешь…

Чем я рискую, соглашаясь на требования Грифина, кроме как отношениями со Львом? Да ничем! Что он мне сделает? Да ничего! Наоборот, у меня будет возможность узнать Матвея нынешнего и принять верное решение: рассказать ему о Павлушке или нет? Кроме того, наше агентство получит выгодный контракт… Вроде бы и нет причин отказываться, но почему-то сердце было не на месте. Как будто боялось разбиться.

Но с чего? Я всерьёз думаю, что могу влюбиться в Грифа? Да не-е-ет! Он, конечно, очень красив, брутален и успешен, но разве для меня это когда-то было главным?

Глупости! Вздохнула, махнула рукой и решилась… Толкнула дверь популярного в нашем городе салона красоты.

– Здравствуйте, я бы хотела попасть на уход к косметологу, а ещё сделать макияж и причёску.

Матвей

Едва успел заехать домой и принять душ перед ужином с Дианой. Хоть сегодня, определённо, был долгожданный день Х, и я практически не сомневался в согласии ледышки, но настроение было отвратное. Как испортилось после разговора с Ангелиной, так и не улучшилось даже к вечеру. Это же надо было обосрать такой чудесный день, а?!

Бывшая вернулась с контрактом, столкнувшись с Ди в двери, и почему-то решила, что мы с принцесской поссорились…

– Скатертью дорога! – ехидно пожелала она Диане в спину и, продефилировав к моему столу, легла на него грудью, выпятив зад.

Счастливая улыбка намертво приклеилась к её лицу, а я сидел и охреневал от такой наглости.

– Ты там стопарик махнула, что ли? – наконец, решил я выяснить причину повышенной борзости и отъехал на кресле от стола. Подальше от рук, которые Лина ко мне уже вовсю тянула. – Это что за поведение? Ты не забыла, что находишься на работе, в кабинете шефа?

– Раньше тебе это не мешало… – мурлыкнула бывшая и облизала губы.

– Дела минувших дней. Мне казалось, ты догадалась о том, что личные отношения между нами закончились…

– О нет, Матвей! Они только начинаются! – Лина выпрямилась, сунула руку в карман и, торжественно вытащив из него какую-то штуковину, положила её мне на стол. – Я беременна!

Прозвучало зловеще.

– Поздравляю! Но при чем тут я? – приподнял я бровь в удивлении.

Дурацкая привычка появилась у меня недавно, после того, как на вторую наложили три шва.

– Это твой ребёнок, Матвей, – улыбка сползла с губ Лины, она растерянно захлопала глазами, будто ожидала, что моя реакция будет другой. – Так получилось, что таблетки не сработали, понимаешь? Врач сказала, что такое бывает. Нет стопроцентного способа контрацепции… – залепетала она.

А у меня в этот момент все внутри похолодело.

После этих слов я вспомнил, что доктор перед вазэктомией тоже мне об этом говорил, но приводил совсем мизерную цифру… Да не может быть! Да ну на! Я аж взмок от напряжения. Не поверю, чтобы звезды так сошлись, и в один день дала осечку и моя стерилизация, которую я сделал три года назад, и таблетки Лины. Врёт!

– Я тебе не верю, – заявил.

– Матвей, как ты можешь?! Я была всегда тебе верна! Почему ты мне не веришь? – Ангелина бросилась в слёзы.

Говорить о своём бесплодии я ей не собирался. Я вообще об этом никому не рассказывал. Я не из тех, кто любит выставлять своё нижнее белье на публику. Об этом знали только мой спортивный врач и хирург, который провел операцию. Колин – американец, следящий за моим здоровьем, рассказал об этом способе контрацепции примерно через шесть месяцев после того, как я попал в лигу и к нему в руки. Тогда моя популярность набирала обороты с бешеной скоростью, и мужик счёл нужным предупредить о подводных камнях. Например, об огромном риске обзавестись ненужными наследниками. Рассказал об ушлых фанатках, ворующих презервативы и самостоятельно себя оплодотворяющих. Про их другие ухищрения типа «милый, ничего не бойся, я на таблетках» и проткнутые презервативы… А ещё он заверил, что при развитии современной микрохирургии вазэктомия обратима в девяноста процентах случаев, главное – не затягивать дольше пяти лет. Стоит операция порядка пятнадцати косарей зелени – копейки, и по статистике пятьдесят процентов мужчин, сделавших обратную операцию, уже завели детей. Но всё равно на этот шаг я решился ещё спустя полгода, предварительно заморозив своих будущих детишек в банке спермы – для подстраховки. И вот сейчас эта аферистка, глядя мне в глаза, чешет, что залетела? Вот тварь!

– Окей, родишь, и сделаем тест ДНК, и если он подтвердит отцовство, я возьму на себя содержание ребёнка. Сейчас не те времена, Лина, когда я был бы обязан на тебе жениться по залёту, – сказал предельно спокойно, хотя в груди всё клокотало.

Терпеть не могу, когда кто-то пытается сделать из меня идиота. Никому не позволю собой пользоваться и врать. Поэтому Ангелине за хитроделанность причитается.

– Хорошо! Я сделаю тест, и тебе будет стыдно, Грифин! – очень уверенно сказала бывшая и покинула кабинет, громко хлопнув дверью.

И вот с тех пор я и бесился. Противная мысль, что я мог попасть в тот 0,01% невезучих, стучала в висок. Но! Не боязнь стать отцом меня угнетала, а то, что вся эта история с Линой может помешать моим планам насчёт Дианы.

Только об этом весь день и думал: и когда накидывал пункты контракта невесты, и когда ездил на стройплощадку, и когда разговаривал с мэром, и когда созванивался со своим спортивным менеджером. Ну а когда позвонила сестра и сказала, что у мамы опять был приступ, я всё бросил и поехал к ним.