По моему лицу расползлась улыбка кровожадного демона. Сибирь рванула ко мне, игнорируя телекинез, но меня таким было не удивить. Я и сам могу создавать удалённые проекции. Я напитал одно из щупалец волей, а потом проткнул тело Сибири. Она тут же лопнула как воздушный шар. На этот раз на лицах присутствующих проявилась настоящая паника. Сибирь опять возникла в помещении и ещё раз лопнула.

— Не беспокойтесь, ей это ничуть не повредило. — Прокомментировал я это событие. — А вот ему от этого явно поплохело.

В подвал влетел мужчина, изо рта и ушей которого шла кровь. Это был кейп, создававший проекцию Сибири. Он ещё раз напрягся и создал её образ, который я опять проткнул. Это было не просто разрушение. От такого обращения страдал и симбионт, который в отместку ранил своего хозяина. Мужчина начал блевать кровью и больше попыток сопротивления не предпринимал.

Тем временем, я притащил из своей квартиры несколько видеокамер, развесил их по комнате и включил на запись.

— Что-то батареи разряжены. — Посетовал я. — А потому я буду по возможности краток. Что ж, как говорится, дамы вперёд. Начнём с тебя.

Я указал на пытающуюся сопротивляться Ампутацию. Это была невинная девочка-блондинка лет четырнадцати на вид, которая пыталась что-то сказать, но только лишь тихо мычала.

— Ты ведь уже взрослая девочка и должна знать, что если вести себя плохо, то придут большие дяди и сделают с тобой что-нибудь нехорошее. Ну, ты, наверно, смотрела все эти фильмы для взрослых, где дяди суют в девочек свои штуки. Но поскольку ты несовершеннолетняя, то заместо той штуки я использую эту.

Перед носом Ампутации завис один из её пауков. Он отличался неплохим набором зазубренных пил, лезвий и прочих инструментов. Я сложил его, а потом засунул злодейке в то самое место, где все лезвия раскрылись и начали кромсать плоть. Девочка сопротивлялась, мычала, но поделать ничего не могла.

— Ты ведь любишь резать людей на куски? Так что это должно тебе нравиться.

Через пять минут от Ампутации осталась только голова и растерзанное в клочья тело. Несмотря на это, она была ещё жива. Но я не стал затягивать агонию и окончательно дефрагментировал её, спустив кровавую кашу в канализацию.

— Следующая ты, Душечка. Ты присоединилась к Девятке против своей воли, а потому твоя смерть будет быстрой.

Секунда, и вторая девочка последовала за первой.

— Ожог. Ты искала убежище в своей силе. В огне. А потому, стоит помочь тебе воссоединиться с этой стихией.

Без защиты своего симбионта эта маска сгорела в моём огне меньше чем за минуту. Я высыпал пепел в уголке и повернулся к Птице-Хрусталь.

— Ты любишь бить стекло. А ты когда-нибудь задумывалась, что произойдёт, если ты сама станешь как стекло? Давай проверим?

Я заморозил маньячку до температуры абсолютного нуля и разбил её о стену. После этого я размолотил куски её тела в пыль и опять смыл в канализацию. Хороший тут туалет — не засоряется.

Осмотрев оставшихся, я выбрал создателя Сибири.

— Будем считать, что ты тоже девушка. В каком-то смысле. Тебе нравилось пожирать людей живьём. Так что пусть и тебя кто-нибудь съест. Вот, например, Краулер.

Я картинно взмахнул рукой, и одно чудовище полетело в пасть к другому чудовищу. Там я телекинезом заставил Краулера прожевать свой обед, потом проглотить и переварить. В его желудочном соке растворились даже кости и зубные коронки.

Я обратил внимание на три уродливые фигуры, застывшие у стены. Это были кейпы, превращённые Ампутацией в подобие марионеток. Нормальной жизни им после этого не светило, а потому я просто развеял их в кровавую пыль и отправил вслед за создательницей.

— Что ж, остались вы трое.

Джек смотрел на меня с выпученными глазами, Краулер тихо ревел, пытаясь пересилить телекинез, а Манекен безмолвно стоял на месте, не двигаясь даже на миллиметр. Его я выбрал следующим.

— Ты добился немалых успехов в трансформации своего тела. Когда-то, ты мечтал о космических полётах. Но, думаю, у тебя есть определённые проблемы с миниатюризацией. Давай, я покажу, как это делается.

Тело Манекена сложилось в металлический шар, являвшийся его стандартной «компактной» формой. После этого я сжал его, сминая металлические части, и выдавливая наружу органические. Давление всё росло и росло. Материя сжималась, разогревалась до огромных температур и всё равно сжималась. Через пару минут от Манекена осталась сфера размером с большое яблоко. Там ещё не начался ядерный синтез, но это уже было близко. Я вынес эту сферу из подвала и отправил вертикально вверх. На высоте в пару тысяч километров я частично ослабил контроль над ней, и поток раскалённой плазмы вылетел в сторону открытого космоса. Это можно было бы даже использовать как оружие. От Манекена не осталось ни одной молекулы. Всё его тело отправилось навстречу звёздам.

— Краулер, ты всё мечтал испытать боль. Сейчас я подарю тебе океан боли.

Я подхватил огромную тушу весом в несколько тонн, а потом начал потихоньку отщипывать от неё микроскопические кусочки, которые я тут же прогонял через зону пирокинеза, где они сгорали дотла. Краулер первые пару минут ревел в экстазе, а потом забеспокоился. У него исчезли хвост, ноги, большая часть туловища. Он пытался регенерировать, но я заблокировал процесс создания виртуальной материи. А без подобной читерской способности любая регенерация упирается в отсутствие строительного материала.