Но он, хоть и понимает Восток как мало кто другой – он сам работать в поле не может. Он генерал. Засиделся в своем кабинете, он наверное сейчас и поздороваться то правильно, не словарным выражением (в Египте например, есть выражение «сметанное утро», так дословно звучит один из вариантов их приветствия по утрам). И он никому не может доверять – потому что мало кто в системе откажется подставить своего начальника и по его трупу сделать еще один шаг вверх по карьерной лестнице. Но он может доверять мне. Потому что мы вместе начинали – в резидентуре в саддамовском Ираке во второй половине девяностых. И потому что он знает – я не карьерист. Плевал я на карьеру.

Вот такая вот… эпидерсия.

– Короче говоря… если с самого начала… ты помнишь, был такой на Украине президент – Ющенко.

– Помню.

– Ну, вот. Этот козел был ничем не лучше Яныка. Ничем не лучше. Он начинал здесь, у нас, начальником горьковского отделения Сбербанка. Потом его перевели на Украину, в банк Украина. И там и там жрал – только треск стоял за ушами. Финансировал крымских сепаров в самом начале 2 . А потом чистеньким прикидывался, паскуда.

– Ну и дальше – что?

– А то. Когда он в пятом взял власть – страна уже была поделена. Между донецкими и днепропетровскими. Донецкие его ненавидели. Днепропетровские срать на него хотели, они ставили на Юлю. Мы кстати тоже…

Лавировали, лавировали, да не вылавировали…

– Ему надо было с чего-то кормиться. Кормить его никто не хотел. С нами он разосрался вдрызг, наш сказал, что с ним работать не будет, а ты знаешь, что это значит. Его всегда кто-то кормил. А сейчас – он сам должен был с чего-то кормиться, да еще кормить свою свору – иначе бы они его порвали. Ну и … он начал искать, кто его будет кормить. И нашел.

– Американцы? – предположил я

Денис покачал головой

– Какие американцы? Американцы не кормят, американцы е…т, ты сам знаешь. Да так что хрен из глотки вылазит. Он приблизил к себе одного типка, типок этот в свое время учился в Киевском институте международных отношений. Звали его Азат Ашиде.

– Ни хрена себе – отреагировал я

– Ты его знаешь что ли? – не понял Денис

– Лично нет. Просто дом Ашиде – один из самых знатных родов в Тюркском каганате.

– Вот как? Не знал. Ну, так вот – этот Ашиде познакомил его с опасными темами. И опасными людьми. Например, теми, кто дербанил еще «Нефть в обмен на продовольствие». Помнишь еще?

Еще бы… такая кормушка была в свое время.

После поражения Ирака в 1991 году в Буре в пустыне американцы думали, что режим Хусейна рухнет. Но он не рухнул. В Ираке из-за санкций начался голод – самый натуральный. В какой-то момент американцы поняли, что все это начинает плохо выглядеть – быстро проблема не решается, а медленно… она становится и их проблемой.

Вот тогда и была принята программа Нефть в обмен на продовольствие. Ираку под контролем международного сообщества разрешили продавать сколько-то нефти, в обмен на поставку в Ирак продовольствия и медикаментов.

Понятно, что тема была крайне коррупциогенной, и все кто в ней участвовал – моментально скурвились. Мы были в первых рядах – потому что Хусейн хотел работать по нефти с Россией, рассчитывал, что рано или поздно нам как постоянному члену Совбеза ООН удастся снять с него санкции. Американцы тогда на весь этот дерибан хоть и смотрели неодобрительно, и даже как то попытались лишить одного нашего дипломата места в ООН из-за того что тот совсем берега потерял – но им это не удалось сделать. Тогда времена были совсем вегетарианские, не то, что сейчас.

Но помимо официальной кормушки – «Нефть в обмен на продовольствие» – существовали и неофициальные. Нефть в Ираке стоила буквально ничего, ее полно было. На заправке полный бак бензина стоил дешевле, чем бутылка Колы. И все соседи Ирака – этим пользовались. Десятки, сотни, тысячи бензовозов курсировали между Ираком и соседними странами – Турция, Сирия, Иордания. Набрал жратвы, толкнул на придорожном базарчике, получил иракские динары, на них у знающих людей залил бензовоз – и обратно. Даже с учетом проплат пограничниками с обеих сторон за рейс выходило по пять – семь концов – то есть один вложенный доллар давал навар пять – семь долларов всего за день. Никакая торговля наркотиками с этим не сравнится. Тем более если учесть еще и навары на ввозимом продовольствии.

Много кто на этих делах денег поднял. Много…

– Так – и?

– Всплыла тема ворованной нефти. Прежде всего, из Иракского Курдистана. Если южнее как ты помнишь, торговали не нефтью, а сразу бензином – то севернее у курдов не было своей переработки. Они могли поставлять только сырую нефть. А кушать хотелось.

Понятное дело. Кушать всем хочется.

– Тогда сделали схему. Нефть гонят через всю Турцию, грузят на небольшие танкеры в порту, танкеры идут в Одессу

– Одесский НПЗ! – догадался я