– Так это настоящее?..

– Ну конечно!

Лаура наклонилась и подняла с земли-скатерти тарелку с помидорами, политыми каким-то розовым соусом.

– Клубничный джем? Это очень странно сочетание, – задумчиво произнесла она и аккуратно наколола дольку помидора на вилку, загадочным образом оказавшуюся у неё в руке. – Мм… А вкусно!

– А то. Белки у меня отменные повара, – кивнула бабушка. – Но я тебе советую всё-таки что-нибудь посущественней поесть.

– Торт был хорош, – облизнулась Лаура. – Вот странно: вроде бы я его только вечером ела… А уже месяц прошёл…

– Время в лесу бежит быстро, – повторила бабушка. – А твой торт тут, кажется, тоже есть. Его законсервировали, чтоб не испортился. Будешь?

Лаура съела ещё два куска торта, ореховое пирожное и три вафли с абрикосом. Уселась прямо на землю – совсем сухую и тёплую – и, сыто отдуваясь, улыбнулась.

– Бабушка… Это невероятно вкусно.

– Не раздумала дальше со мной ехать? – спросила бабушка, жуя бутерброд и запивая его кофе со сливками.

– Нет, конечно. Только… Ты сказала, что с мамой поговоришь… Что она сказала?..

– Ох, Лара-Лаура, —вздохнула бабушка. – Иди сюда…

Лаура подбежала к ней, взяла за руку.

– Мне надо домой, да?

– Если только захочешь. Мама всё ещё сердится.

– Целый месяц прошёл!

– Иногда людям надо много времени…

– Я так соскучилась по ней… А она по мне, наверно, нет…

– Она по тебе тоже. Поедешь домой?

Лаура оглянулась н солнечную поляну, посмотрела на серьёзную бабушку, вдохнула сладкий аромат её пудры и кофе.

– Я не хочу.

– Ну и всё. Тогда дальше, в путь-дорогу!

– Но когда-нибудь ведь придётся. Осенью надо в школу… В твоём лесу школы нет.

– До осени ещё далеко, хорошая моя. Не беги вперёд времени. Поживём – увидим…

Глава 4. Апрель. Тефтели и черешня

На дворе стоял радостный, сочный, травяной зелёный апрель. Бабушка с самого утра облачилась в джинсы и льняную, расшитую красными нитками кофту, засучила рукава и встала над огромным котлом.

– Можно, я помогу? – замирая, спросила Лаура. – Это настоящее зелье?!

– Можно, конечно, – ответила бабушка. – Только вряд ли тебе будет интересно, милая моя. Это обыкновенные апрельские тефтели.

– Котлеты? – слегка разочаровалась Лаура.

– Котлеты, котлеты, – кивнула бабушка, убирая за уши выбившиеся пряди. Вместо привычных серебристых волн волосы её сегодня были убраны в высокую и не слишком аккуратную прическу. В таком виде бабушка Лауры куда больше напоминала обыкновенную бабушку и была почти не похожа на лесную королеву. – Если хочешь, помогай, конечно. Я варю начинку. Чем-то это и на зелье похоже… Дай-ка перца.

Лаура оглянулась и обнаружила на пне целый поднос склянок, флаконов и пузырьков без всяких этикеток.

– И который тут перец? – протянула она.

– А ты поищи, – усмехнулась бабушка. – Хорошая ведьма без всяких подсказок находит нужное. Пойдёшь в лес собирать травы на Зелёную ночь – никто тебе стебельки не подпишет.

Лаура наморщила лоб и быстренько перетрясла, перенюхала и обсмотрела ближайшие склянки.

– Так… Тут крупновато. Это горох, – вынесла она вердикт жёлтой стеклянной пузатой баночке. – Тут… – понюхала маленькую лиловую стекляшку, – тут какие-то сушёные цветы. Тут тоже не то… А вот здесь…

Лаура взвесила на ладони высокий узкий флакончик из чёрного стекла – тот был холодным и словно лип к пальцам. Бабушка оторвалась от котла и с любопытством наблюдала за внучкой.

– Нет, здесь точно не перец. Здесь какая-то грязь, – фыркнула Лаура.

– Правильно. Здесь злоба лежит. Прошлогодняя ещё. Стухла и воняет.

– Злоба? Я надеюсь, ты не положишь её в тефтели? – ужаснулась Лаура.

– Нет, конечно. Но перец нужен. Будешь ещё искать, или мне самой?

Лаура покачала головой и наугад вытянула следующую склянку – розовую бутылочку в форме яблока. Понюхала, потрясла около уха.

– Бабушка, мне кажется, тут тоже не еда, – с сомнением произнесла она. – Или… мармелад как будто, но горький… Как отравленное желе или прогорклый кисель.

– Угадала, – довольно кивнула бабушка. – Это яд.

– Яд?!

– Медленный и почти не смертельный. Называется «Зависть».

– М-да… А перец-то тут точно есть?

– Есть-есть. Ищи.

Лаура поднесла к лицу белую фарфоровую баночку, совсем безобидную на вид.

– А это? Как будто ничем не пахнет.

Она пожала плечами и хотела открутить пробку, но бабушка резко спросила: