Большинство из нас рождается в жизни один раз. Кто-то два раза, избежав однажды верной смерти. А Эмили пришлось родиться в третий раз, и это рождение было самым сложным. Ей приходится обрести заново слух, зрение, обоняние и все остальные чувства, которые неподвластны обычному человеку. Но тяжелее всего — нести бремя Хранителя, как несоизмеримый груз ответственности на хрупких плечах девушки. Ей предстоит найти ключ в мир Света, совладать с новыми, обострёнными чувствами, освоить магию и измениться не только снаружи, но и внутри. Справится ли Эмили с собой, чувствами и своим самым страшным врагом?
Помните, порой победа оказывается лишь иллюзией...
Часть I. Новая жизнь
Глава 1. «Предсказания»
Невидящие глаза Баррильды на этот раз были наполнены слезами отчаяния. Она ясно ощущала запах гари и слышала треск сгорающих в пламени брёвен. Не нужно быть ясновидящей, чтобы догадаться, что это горит её собственный дом.
– Санд-Ланаримские псы… – причитала ведьма, хватаясь за голову, – твари, вы ответите мне за всё, что сделали! Вы испытаете на себе все муки Тайтенхима! Помяните моё слово!
Она стояла рядом с полыхающим домом и ждала, пока останки её жилища догорят в предрассветных лучах только что проснувшегося солнца. Баррильда видела эту картину раньше, в своей голове. Она знала, что это произойдёт, но до последнего была уверена, что успеет предотвратить пожар, опередив рыцарей Санд-Йэр. Но спасению не дано было свершиться. Тихо проговаривая вновь и вновь фразу на старом ведьминском языке, отчаявшаяся старуха медленно перебирала руками над головой, словно стягивая к себе воздух, только вот стягивались неизвестно откуда взявшиеся тучи, послушно повинуясь каждому движению руки и собираясь прямо над полыхающим сооружением. Ведьма сжала ладони в кулаки с такой силой, что они побелели, и в этот момент пошёл сильнейший дождь, смывающий всё на своём пути. Баррильда и сама намокала до ниточки, но ей было всё равно. Сейчас для неё было важнее потушить пожар, причём как можно скорее. Ещё не успели потухнуть последние языки пламени, а она уже ступила на обгоревшую землю. Со злостью разгребая истлевшие завалы, ведьма на ощупь, но всё же уверенно шла вперёд. Резко остановившись, она начала быстро рыться в ещё не до конца обгоревшем хламе и только спустя несколько минут нащупала искомое: это была кукла из мешковины, немного опаленная, но уцелевшая. Баррильда крепко прижала её к груди, и по лицу потекли слёзы. Безмолвные рыдания сотрясали тело старухи, и в голове её мелькали воспоминания о маленькой рыжеволосой девочке:
– Нет, не хочу спать! – упрямо возмущалась крошка, пока молодая и ухоженная Баррильда укладывала её спать.
– Мэриэль, если ты сейчас не уснёшь, то не увидишь завтра чудес, – ласково проговорила ведьма в ответ, снова и снова пытаясь накрыть её одеялом.
– Ты всегда только обещаешь, но не выполняешь, – надула губы девочка. – Хочу чудеса прямо сейчас!
– Нет, – строго ответила женщина. – Ты знаешь, что мне запрещено колдовать. Давай я лучше расскажу тебе историю про одну очень интересную шкатулку.
– Какую шкатулку? – Мэриэль на мгновение успокоилась и уселась поудобнее в ожидании истории.
– Вот, смотри, – Баррильда достала из-за спины маленькую шкатулку из чёрного и гладкого то ли камня, то ли металла, на котором были вырублены сложные древние письмена, а по центру крышки красовался яркий красный камень в виде ромба.
– Ой, а она старая?
– Да. Ей несколько тысяч лет. Это наследие моей бабушки и твоей прабабушки – Пандоры. Только это наша семейная тайна, Мэриэль. Обещай, что никогда никому не расскажешь о шкатулке.
– Конечно, обещаю! – Глаза девочки загорелись любопытством. – Значит, она волшебная?
– Не просто волшебная. Магия этой шкатулки гораздо сильнее Ламестралла и тем более любого центрилла.
– Ого! Значит, ты используешь эту магию?!
– Нет, – строго отрезала молодая ведьма. – Пользоваться шкатулкой запрещено всем существам, и даже потомкам Пандоры. Всем, кроме тебя. Ты – четвёртая кровь, которой позволено её открыть.
– Можно?! – Мэриэль тут же потянула свои маленькие ручонки к шкатулке, за что незамедлительно получила звонкий шлепок по руке.
– Всему своё время, милая. Ты должна подрасти, повзрослеть, и только в зрелом возрасте эта шкатулка станет твоей по праву.
– А почему тогда ты рассказываешь об этом сейчас? Ведь ждать ещё так долго!
– Каждый день может быть для меня последним… Поэтому рассказываю я тебе о нашей фамильной шкатулке именно сейчас. И ты должна знать, что только ТЫ можешь владеть её магией.
– А что эта магия вообще делает?
– Не знаю, – честно призналась Баррильда. – Но ты потом поймёшь это сама. И прошу, будь осторожна. Никто кроме меня и тебя не знает об этом. Храни этот секрет до конца.
– Ну хорошо-хорошо! А теперь чудеса! Мам, ну пожалуйста! – всё не успокаивалась Мэриэль. – Хотя бы маленькую капельку!
– Ох,– тяжело вздохнула ведьма, спрятав шкатулку, – ладно. Только никому ни слова!
– Ура! Ура! – тут же запрыгала на постели девочка. – Обещаю, никому не скажу!
Баррильда щёлкнула пальцами, и все свечи мигом погасли. Дом погрузился во тьму. Через несколько минут прямо на потолке зажглась крохотная звёздочка, которая медленно падала, кружась, словно снежинка. А потом ещё одна. И ещё! И вот спустя несколько секунд начался целый звездопад! Девочка только и успевала ахать от изумления, подставляя свои маленькие ладошки под звёздочки, но они так и не успевали касаться их.