– Это не сказка, – решительно говорит Хадсон. – Корона существует.

– Потому что так тебе сказала Кровопускательница? – бросает ему вызов Рафаэль.

– Потому что последние два века я слушал, как Сайрус говорит о ней. Он одержим ею. Мой отец совмещает в себе многое, но он человек не легковерный. Если бы она не существовала – если бы он не увидел ее собственными глазами, – он бы не стремился отыскать ее.

– И ты думаешь, что можешь ее найти, – вступает в разговор Лайам. – Как ты сказал, король вампиров искал ее несколько веков, а ты мнишь, будто ты сможешь просто взять и добраться до нее?

– Этого я не говорила. – Мне немного обидно от того, что они смеются надо мной. – Я знаю, что это будет нелегко, но все это нелегко, а Кровопускательница сказала нам, в каком направлении вести поиск…

– Она сказала вам, где находится Корона? – спрашивает Джексон, и теперь голос его не просто холоден, он холоднее льда, а лицо абсолютно бесстрастно. – Интересно, зачем ей было это делать?

Я невольно бросаю взгляд на Хадсона, и он чуть заметно качает головой. Я понимаю, что он имеет в виду – мне тоже не хочется перетряхивать наше грязное белье на глазах у всего Ордена, – но, когда я снова поворачиваюсь к Джексону, мне становится ясно, что он заметил, как мы переглянулись. И это отнюдь не радует его.

Должно быть, ему тоже не хочется подчеркивать наши разногласия при всех, потому что он ничего нам не говорит. Вместо этого он забивает на свой первый вопрос и переходит ко второму.

– И что же она вам сказала? Где находится Корона?

– Этого она не знает, – отвечаю я через секунду. – Но она сообщила нам, кто, по ее мнению, знает. Неубиваемый Зверь.

– Неубиваемый Зверь? – с недоверием переспрашивает Мекай. Затем секунду обдумывает это, после чего качает головой. – А тебе не кажется, что это звучит немного сомнительно? Она же сама отправила вас туда несколько недель назад, чтобы вы убили его. Почему она не упомянула о Короне до того, как вы отправились туда?

– Тогда ей не было нужды об этом упоминать… – начинаю объяснять я.

– А теперь такая нужда у нее появилась? – В его голосе слышится скептицизм, и я его не виню. В том смысле, что да, когда мы разговаривали с ней в тот раз, никто из нас понятия не имел, что в конце концов я окажусь сопряжена с Хадсоном и захочу разорвать эти узы. И все же в чем-то он прав. Я это понимаю – особенно когда думаю о том, что и Хадсон отнесся к ее словам с недоверием.

Трудно доверять той, которая выдает информацию по принципу когда-я-захочу-вам-сказать.

– Почему Кровопускательница вообще что-то делает? – огрызается на него Хадсон и на сей раз уже показывает свои клыки. – Вряд ли кто-то станет спорить, что Кровопускательница ведет собственную игру, знаем ли мы, что это за игра или нет. К тому же в тот раз Корона никак не могла нам помочь, и ее нельзя было использовать для тех чар, которые сотворила Грейс, чтобы освободить меня из своей головы. И думаю, мы все согласимся с тем, что у нас никогда не было ни единого шанса действительно убить этого зверя, так что, скорее всего, она считала, что ничем не рискует. – Он пожимает плечами.

– Но ты считаешь, что сейчас эта Корона может нам чем-то помочь? В самом деле? – В тоне Луки звучит такой же скептицизм, как и в тоне Мекая.

– Не знаю. – Я признаю свое поражение и всплескиваю руками. – Это была плохая идея. Я запаниковала, подумав о том, что Хадсона могут арестовать, и…

– Не делай этого, – рычит Хадсон и впервые после появления в моей комнате Джексона и Ордена выходит вперед и заслоняет меня собой. – Тебе не нужно оправдываться перед ними, – продолжает он, испепеляя взглядом вампиров, находящихся здесь.

Я придвигаюсь к нему на тот случай, если мне надо будет встать между двумя агрессивными вампирами, но в это время Джексон тоже делает шаг вперед. А Лайам тут же отступает назад.

– Почему Неубиваемый Зверь? – спрашивает он, снова глядя то на Хадсона, то на меня. – Почему она считает, что ему известно, где находится Корона? И, если даже когда-то это и впрямь было так, знает ли она, в каком состоянии он находится сейчас? Я знаю, Грейс, что ты можешь слышать его голос в своей голове, но неужели ты в самом деле думаешь, что он способен провести с тобой полноценный разговор, не говоря уже о том, чтобы сообщить тебе, где спрятана Корона?

Это дельный вопрос, я и сама немало об этом думала с тех пор, как Кровопускательница сказала нам, что сначала мы должны найти Кузнеца.

– Когда мы разобьем его цепи, ему станет лучше, – говорю я Джексону. – Она сказала, что это они сделали его таким. Он не должен был носить их так долго.

– Мы уже пытались разбить цепи, – напоминает мне Джексон. – И у нас ничего не вышло.

– Поэтому мы и должны найти Кузнеца. Это он выковал цепи.

– А где он сейчас? – спрашивает Джексон, подняв брови.