Шрифт:
– Ну что, удачи нам?
– О, да!
Мы с Риммой одновременно захлопнули ноутбуки и с удовлетворением откинулись на спинки диванчиков. Наш сегодняшний ужин плавно перетёк в работу и сейчас, спустя четыре часа, мы завершили интенсивный мозговой штурм, всё ещё оставаясь в тихом, уютном баре гостиницы. Вчерашний молоденький бармен облизывает меня масляным взглядом и улыбается так, словно между нами существует какая-то тайна.
Хорошо, что прошлой ночью у меня хватило ума позаботиться об отключении камер. Серьёзный компромат на меня вряд ли бы получился, но и оставлять такой материал в чужих руках не стоило. Мальчишка за барной стойкой ловко жонглирует бутылками, стараясь завоевать моё внимание. Зря стараешься, малыш, вчера для тебя было эксклюзивное шоу, запомни его на всю жизнь.
Я перевожу взгляд на свою компаньонку – Риммочка выглядит победительницей! Я в очередной раз ловлю себя на мысли, что мне невероятно повезло с ней, и каким недальновидным мудаком оказался Карабас, используя такое сокровище не по назначению. Эта девочка оказалась даже более деятельной, грамотной и оперативной, чем я рассчитывала.
Римма изящным жестом подозвала официанта и обратила свой фиалковый взгляд на меня.
– Может, стоит обмыть наш грандиозный бизнес-план?
Я поморщилась. Последствия моих ночных возлияний ограничились лишь утренним кошмарным сном, но затуманивать свой ясный разум, настроенный на вереницу побед, я не намерена.
– Мне зелёный чай с жасмином, а себе что пожелаешь, – отвечаю в присутствии замершего над нашим столиком официанта.
– А мне с чабрецом! – отзывается Римма с таким воодушевлением, словно чабрец – предел её вкусовых пристрастий.
– А может, по пирожному? – закидываю я маленькую провокацию.
– По два! – провозгласила моя помощница, взглянув на изящные часики на своём запястье.
А что, пол-одиннадцатого вечера – самое время для двойного десерта. И, кстати, пора бы уже включить свой мобильник.
– Я отойду ненадолго, – предупреждаю Римму, поднимаясь из-за стола.
Пока загружается мой айфон, я приготовилась увидеть сотню пропущенных вызовов только от Феликса. Но их оказалось лишь десять за весь день. Это немного разочаровывает и означает, что Фил за меня не беспокоится – он очень сильно злится. Я скалюсь в предвкушении и нажимаю вызов.
– Ну что, чокнутая принцесса демонов, проучила меня? Надеюсь, тебе стало легче?
– Немного, милый, а тебе? – мой голос уже гораздо мягче, но нежно мурлыкать не получается.
– А мне нет! Никогда не предполагал, что попаду в толпу неудачников, ожидающих твоего внимания.
– Не говори ерунды, Фил…
– Вот только мне мозги не стоит трахать! Ты, чёртова сука, решила превратить мою жизнь в русскую народную сказку? Хер угадала – ты зубы об меня обломаешь!
– Фил, что ты завёлся? Мы оба немного погорячились… И я не в большей степени сука, чем ты кобель, – парирую его грубый наезд.
– Прости, детка, – произносит Феликс совершенно не раскаивающимся голосом.
– Давно уже простила, – отвечаю ему в тон. – Расскажешь, где ты пропадал три дня?
– Не догадалась? Пытался не омрачить твоё семейное счастье.
– Какой же ты глупый, Фил!
– Скажи лучше что-нибудь новенькое.
«Фели, у меня нет никакой другой семьи кроме моего Реми и мужа тоже нет», – едва не срывается с языка, но вместо этого я произношу:
– У меня появилась личная помощница.
– Оу, надеюсь, она секси? – оживляется Феликс.
Чем дольше мы с ним в разлуке, тем больнее кусаем друг друга.
– Более чем, Фил, вы с Пепито не останетесь равнодушными.
Когда возвращаюсь за свой столик, полководец во мне готов к бою и мне уже не терпится ворваться в новый день.
– За удачу! – мы с Риммочкой чокаемся чайными чашками, а я мысленно подковываю свои копытца.
Глава 3
2006
Феникс
«Это надо пережить, это надо пережить…»
Под проливным дождём я бегу по узкой горной тропинке и, как мантру, повторяю эти слова. Повторяю по-русски, чтобы не забыть родную речь. Несмотря на толпу академиков, призванных меня развивать и образовывать, мне иногда кажется, что я дичаю и тупею в этой глуши.
Прошлым летом, после годовой ссылки, Демон увёз меня в Таиланд на целых две недели. Мы жили в одном из самых живописных мест этой экзотической страны, в собственном отеле Демона, что, кстати, для меня стало новостью. И двенадцать дней я спала, ела и просто валялась в позе морской звезды. На «спасибо» меня не хватило, да и благодарности я не ощущала ни на крупицу.
Учитель Хенг потом долго лютовал и высказывал Демону, что непозволительно так меня расхолаживать. Хорошо ещё, что Демон его с собой взять не догадался, иначе накрылись бы мои сонные каникулы. Самому-то Хенгу никакой отпуск не требовался, этот монстр готов был изводить меня триста шестьдесят пять дней в году. И отлучался он из Феникса всего дважды – выбирался в Тибет на сходняк таких же отбитых фанатиков, как и он сам. И обе его поездки совпадали с моими летними каникулами.