Красота сестры притягивала людей, и после нашего двенадцатого дня рождения на Тею напали вновь. В тот раз сестра сожгла всех троих нападавших. Они избили меня, а к ней не успели и притронуться. Свидетели разнесли весть о силе Теялы, и больше подступаться к ней с подобными грязными замыслами никто не смел, но мы с братьями всё равно ревностно оберегали сестру, бросая неодобрительные взгляды на каждого, кто засматривался на неё дольше, чем должно.

– Держи меч выше, Илос!

Исар ударил клинком по моему тяжёлому мечу, когда я опустил лезвие слишком низко. Раздался звон стали о сталь, и я невольно скривился от того, как он резанул по ушам. Старший брат был явно мной недоволен.

– Сколько раз говорить?! Через полгода тебе исполнится тринадцать. Ты давно не ребёнок. Соберись!

Он был прав, с того года я особенно быстро начал расти, и наша разница с сестрой становилась всё заметнее. Благополучие и жизнь родных зависели от наших способностей защищаться, поэтому мы только и делали, что тренировались. Если не с холодным оружием, то с Дарами, а если тело изнывало от усталости, то отец заставлял нас развивать мозги и читать, восполняя пробелы в знаниях. Среди выживших «людей востока» нашлось даже несколько учёных, которые весьма охотно стали нашими преподавателями.

Мы тренировались на заднем дворе нашего нового, просторного дома. Стояла тёплая погода. Наконец наступила моя любимая весна, и я витал в облаках, вместо того чтобы отработать своё занятие и закончить тренировочный бой достойно. Я не совсем понимал, зачем уметь обращаться с любым видом оружия, когда я уже неплохо справлялся с изогнутым восточным мечом, кинжалом и луком. Однако отец и братья обучали меня метать кинжалы, сражаться с копьём и щитом, а в тот день дали тяжёлый клинок. Он был мне не по весу, привычный замах не получался, меня постоянно вело в сторону, и я оставался неуклюжим.

Старший брат с детства был самым ответственным и покорным, поэтому освоил всё, что велел отец. Затем Исар приступил к обучению братьев, а за ним подтянулся Каид, наслаждаясь физическими упражнениями и возможностью выпустить пар или разогнать скуку. Мы с Шейном были менее заинтересованы в постоянных тренировках, хотя понимали, что все эти способности не раз спасли нам жизнь и, скорее всего, пригодятся в будущем.

– Прости, Исар, но ничего страшного не произойдёт, если я пропущу одно занятие, – промямлил я, устав держать тяжёлый меч.

Я открыто улыбнулся брату, надеясь убедить его отпустить меня отдохнуть, но тот не клюнул на мою «очаровательную улыбку», как любила называть её мама. Брат нахмурился, недовольный отсутствием у меня старания. Занимаясь чем-либо, Исар выкладывался полностью и, к несчастью, от других требовал того же. Близился двадцать первый день рождения брата, и отец почти полностью переложил на него моё обучение.

– Каид, разберись с ним! – крикнул Исар другому брату, который, сидя на ближайшей скамье, с хрустом вгрызался в сочное яблоко.

Каид на время задумался, глядя исподлобья то на Исара, то на меня – и обратно. Брат с таким громким хрустом жевал ярко-зелёный фрукт, что я почти чувствовал кисло-сладкий привкус на языке.

– Хорошо. – Каид растянул губы в привычной хищной улыбке и выкинул остатки яблока в кусты, лениво поднимаясь с места.

Каид до хруста в позвонках потянулся, разминая спину и шею. Ему почти девятнадцать, будучи вторым по старшинству, он перенял часть обязанностей Исара и стал моим любимым учителем в схватках врукопашную или на мечах. С ним скучная отработка ударов и защиты походила на игру.

Позже, спустя десятилетия после нашего расставания и разделения Континента на четыре страны, я слышал небылицы, что мы с Каидом никогда не ладили, так же как не могут ладить свет и тьма, но это откровенная ложь. И уверен, Каид, услышав это, тоже смеялся. Я ладил со всеми и любил каждого из своих братьев так же, как и они меня, но с Каидом мне почему-то было проще всего. Наши ссоры и драки становились не более чем игрой или братским соперничеством, и лишь однажды это переросло во что-то серьёзное.

– Когда ты уже научишься, братишка? – хмыкнул Каид, забрав меч из рук Исара. Он сделал несколько шагов ко мне, проворачивая оружие в руке. – Пора бы уяснить, что убедить Исара в состоянии только родители да Теяла. И порой даже сестре это непросто.

Что правда, то правда. Исар был для меня как третий родитель, наша разница в возрасте ощущалась почти физически.

Я бросил взгляд на самого старшего брата, карие глаза которого продолжали недовольно смотреть на меня. В отличие от Каида с длинными волосами, Исар оставался верным более короткой стрижке и всегда зачёсывал волосы назад, чтобы они не мешали. Старший брат был высоким и широкоплечим, а регулярные занятия с мечом, хорошее питание и физический труд помогли ему нарастить крепкие мышцы.