Девушка дошла до лестницы, ведущей на первый этаж, и лишь тогда услышала приглушённые мужские голоса, доносившиеся откуда-то снизу. Прислушалась, но слов было не разобрать. Тогда она стала бесшумно спускаться вниз, и, по мере приближения к первому этажу, голоса становились всё яснее.

– Я ведь не прошу вас о многом, Игорь Борисович.

– Ты прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь, Саша… Но в этом деле я тебе не помощник, – услышала она две отчетливые фразы и в следующее мгновение замерла на очередной ступеньке, попав под прицел двух пар внимательных глаз.

Саша и ещё один мужчина, на вид очень взрослый и очень солидный, шли вдоль холла первого этажа и остановились, заметив на лестнице Настю.

– Здравствуйте, – машинально произнесла она, теряясь под таким пристальным вниманием.

– Доброе утро, – сдержанно ответил ей взрослый мужчина.

Саша же промолчал. Прошелся взглядом по её фигуре сверху вниз и требовательно посмотрел в глаза, слегка вздернув брови.

– Я хочу есть, – сообщила девушка нетвердым голосом, словно оправдываясь.

Она уже успела пожалеть о своем решении спуститься вниз. Лучше бы дождалась, пока голоса затихнут, и наугад поискала кухню. Но вместо этого теперь приходилось выдерживать неласковый взгляд Саши, чувствуя, как внизу живота скапливается неприятная слабость.

Каким же он стал. В голове не укладывалось, что этот молодой мужчина в дорогой одежде с ледяным подавляющим взглядом – и есть тот самый парень, которого она когда-то так сильно любила.

– Кухня там, – указал он головой в сторону противоположной стены, где располагалась широкая арка.

Настя кивнула и без промедления продолжила спуск с лестницы, чтобы как можно скорее скрыться от взгляда этих безжалостных глаз.

– Это она? – раздалось приглушенное из-за спины.

Девушка замерла на месте и медленно развернулась. Саша стоял напротив своего собеседника, сунув руки в карманы брюк, и какое-то время пристально смотрел мужчине в глаза, прежде чем, наконец, произнес:

– Да.

– Кто – она? – громко спросила Настя и стремительно зашагала обратно по направлению к мужчинам. – Что вы знаете обо мне?!

Они оба как по команде посмотрели на неё. На лице Игоря Борисовича отразилось легкое удивление, Саша же оставался абсолютно спокойным.

– Иди на кухню, – металлическим тоном велел он, но Настя и не подумала его слушать.

– Что, черт возьми, происходит? Я имею право знать! – воскликнула она, но уже в следующий миг стушевалась, увидев, что Саша уверенно двинулся ей навстречу.

Она даже замедлила шаг, а после и вовсе остановилась, чтобы трусливо попятиться назад. Но не успела. Саша настиг её и грубо стиснул пальцы на предплечье девушки, не позволяя сдвинуться с места.

– Права качать решила? – спросил с тихой угрозой в голосе. – Хорошо подумала?

Настя растеряла всю смелость под его прямым взглядом.

– Нет… Я… Просто… Ничего не понимаю…

– Я сказал, иди на кухню, – с нажимом повторил он, резко выпустив руку девушки из захвата.

И на этот раз она уже не осмелилась ему возразить.

Даже на негнущихся ногах и с полной дезориентацией внутри отыскать кухню для Насти не составило труда. Вместе со столовой это помещение занимало значительную площадь западного крыла дома. Девушка наверняка восхитилась бы изяществом мебели, вкусом и чувством стиля, с которым были подобраны мельчайшие детали черно-серого интерьера, если бы не сильнейшая обида, что душила её, не позволяя вздохнуть полной грудью.

Приблизившись к большому двустворчатому холодильнику, Настя распахнула дверцы и принялась безучастно разглядывать многочисленные продукты на полках. Её все ещё сильно тошнило, и вся еда казалась какой-то противной. Даже одна мысль о том, что Настя просто положит что-то себе в рот, вызывала отвращение.

Единственное, на что желудок не отзывался подталкивающим свое содержимое к горлу спазмом – это фрукты. К счастью, они имелись в наличии. На одной из полок обнаружился даже биойогурт, что позволило девушке приготовить фруктовый салат – одно из её любимых блюд на сегодняшний день. Ножи, чашки, вилки-ложки тоже отыскались без проблем – рабочая зона кухни была оборудована эргономично и интуитивно понятно.

Закончив с приготовлением, Настя не пошла в столовую зону, а села тут же, к изогнутой мраморной стойке, у которой стояли несколько высоких стульев.

С первой же порцией салата, отправленной в рот, тошнота, наконец, отступила, и девушке полегчало. Только физически, разумеется. А на душе по-прежнему было так тяжело, что и словами не передать.

Из головы не шла Сашина грубость. Хотелось слабовольно заплакать, но Настя держалась изо всех сил.

Зачем он с ней так?

Да, все что произошло между ними пять лет назад, никак не предрасполагало к дружбе. Но даже если учесть, что он не знает всей правды, Настя ведь ничего плохого ему не сделала. Она не заслужила такого отношения.