Гегель уставился на графа:

— Из Нагибиных? Вроде двое детишек. Барчук с сестрой. И еще ихний дядя.

— Про дядю говорят нехорошее, — нахмурился Мухожуков, мухи над его головой тревожно зажужжали, — Нет, дядя нам не нужен. Свяжись с барчуком Нагибиным, вот что. Сегодня же.

— Wird gemacht, — кивнул Гегель.

Девушка со штурмовой винтовкой в руках обернулась в сторону открытой двери.

Аудитория замерла, никто ничего не понимал. А преподаватель мадам Мартен понимала меньше всех и выглядела совсем перепуганной.

Послышались шаги, и вслед за девушкой в аудиторию вошёл вооруженный парень, в такой же черной униформе, как и у девушки, и с таким же мальтийским крестом на шевроне.

Потом появился третий… или третьи?

Про существо, вошедшее в аудиторию, можно было точно сказать, что оно было человеком и мужчиной, а вот из скольких именно людей оно состоит, я рассмотрел не сразу.

Тела у существа было два, по две пары имелось также рук и ног.

Оба тела незнакомца были одеты в дорогие костюмы и ботинки, на шеях у обоих тел висело по золотой цепи с драгоценным камнем.

Головы также было две, но головы у существа срослись макушками и щеками, отчего шеи тел сильно искривились. У каждой из голов была своя черная густая борода, но их бороды располагались так близко друг к другу, что казались одной.

На существе была одна на двоих роскошная черная мантия, а еще огромная золотая корона, надетая на две головы сразу и украшенная рубинами и литыми эмблемами, изображавшими дерево и Солнце.

Несмотря на уродство, в темных лицах сиамских близнецов определенно просматривалось нечто восточное, то же самое, что я заметил на лице памятника Павлу I в вестибюле и на портрете Михаила в лавке голландца.

Никаких сомнений быть не могло — сиамские близнецы принадлежали к Императорскому клану.

Аудитория при появлении близнецов ахнула, то ли от ужаса, то ли от восторга, что нас посетило лицо царственной фамилии. Точнее, лица царственной фамилии, лица-то у существа было два.

Охранники расположились по бокам от близнецов, готовые в любой момент расстрелять нас из винтовок.

Сиамские близнецы передвигались очень медленно и предельно странно, как какая-то раненая многоножка.

Потом левая голова произнесла:

— Доброе утро. Прошу прощения, что пришлось прервать ваше занятие. Я Александр-Николай Первый, Багатур-Буланов. Наследник престола и законный Император Российской Империи.

Пораженная аудитория молчала.

Я даже не знал, что в этой ситуации самое странное — то ли внешний вид нового Императора, то ли тот факт, что близнецы решили явиться в Лицей, причем в нашу группу, состоящую из натуральных отбросов или вообще неграждан.

— Да, вы наверное удивлены моим визитом, — сказала правая голова, — Так я объясню…

— Ох, — неожиданно прервала Государя пришедшая в себя мадам Мартен, — Студенты, встаньте! Негоже сидеть в присутствии Императора. Ваше Величество, мы приветствуем вас.

— Нет-нет, пусть сидят, — поспешно ответили обе головы хором, — Ничего, пусть сидят.

Я поднял руку:

— Простите, Ваше Величество. А можно узнать, кто из вас Александр, а кто Николай?

Мадам Мартен опешила от столь дерзкого обращения к Императору, но головы лишь мрачно рассмеялись. Потом правая ответила:

— У нас в семье считается, что я Николай, а вот он — мой брат Александр. Но это чисто для удобства. А юридически мы одно лицо. Один народ, одна корона, один Государь, так сказать.

— Государь два-в-одном, — подсказал я.

— Да-да, вы правы, юноша, — согласилась та половина, которая была Александром, — Из какого вы клана, молодой человек? Мы не видим на вас герба.

— Это потому что я еще не успел его нашить, — нехотя признался я, — А вообще я Нагибин, Александр Петрович. Ваш тёзка, Ваше Величество. Ну, наполовину тезка…

— Рад познакомиться, — улыбнулся Александр, а Николай кивнул, — А вот с остальными из вас, боюсь, мне знакомиться некогда. Видите ли, дамы и господа, меня сейчас должны убить.

Аудитория в очередной раз ахнула, а мадам Мартен вообще побелела.

— Да, вы не ослышались, — объяснила левая голова, — Меня, законного Государя России и наследника Павла Первого по праву крови, собираются убить. Полчаса назад я приехал сюда, чтобы встретиться с вами. Я рассчитывал… кхм… завоевать популярность и любовь в народе, который, как вы догадались, меня не слишком жалует.