– Ребят, мне кажется, это джунгли, – прошептал Павлик, растерянно озираясь по сторонам. Ему, наконец, удалось найти свои очки, которые свалились при падении. Водрузив их на нос, Павлик изрек, снова почти шепотом:

– Да! Это совершенно точно, джунгли! Это невозможно!

В который уже раз, сняв и одев очки, он сильно потер ладонью лоб. Очки вновь оказались в руке.

– Разбудите меня, пожалуйста, кто-нибудь! Я, наверное, сплю и не могу проснуться! Ребят, пожалуйста!

Андрюха, еще не вполне отойдя от встречи с носорогом, сидел на земле, недоверчиво вглядываясь в окружающее пространство.

– Так не бывает! Этого не может быть!

Взъерошенный любитель сладкого повторял эту фразу уже пятый раз и больше, видимо, ничего сказать не мог. Он бы с удовольствием еще добавил, что хочет к маме. Но рядом была Аленка. Да и перед остальными ребятами было неловко проявлять такое малодушие.

Аленка молча разглядывала что-то у себя под ногами, пребывая в состоянии ступора. Андрюха первым опомнился и осмотрелся в поисках Никиты. Он вспомнил о друге, и с ужасом осознал, что Ник не может ходить. Нигде поблизости Никиты видно не было. По всей видимости, его забросило несколько дальше, чем всех остальных. Не успел Андрюха призвать друзей на поиски, как Кит сам появился перед глазами, выбираясь из зарослей стоящего стеной папоротника. У Аленки раскрылся от удивления рот. Павлик в который уже раз сдернул с носа очки. До Андрюхи не сразу дошло, что Никита идет. Идет! Кит продирался сквозь заросли, и шел так уверенно, словно и не было у него никакой проблемы с ногами! К Нику вернулась способность ходить! Это было здорово! Это было так чертовски здорово, что у Аленки навернулись слезы на глаза.

– Вот это да! – Андрюха улыбался во весь рот, забыв про только что пережитый ужас.

Павлик подбежал к Никите, смущенно хлопнув его по спине. Он был так удивлен и так сильно обрадован, что растерялся и не знал, что в этой ситуации можно сказать и как себя вести. Никита и сам был растерян. Он передвигался скорее автоматически, чем осознанно. Он еще не до конца понял, какое чудесное чудо с ним случилось.

– Тимоха! Тимоха где???! – Андрюха вспомнил еще об одном персонаже, ставшим частью их компании и по вине которого они находились сейчас неведомо где.

– Да здесь я!

Скрипучий голос грифельного человечка доносился слега приглушенно.

Ребята напряженно всматривались в окружающие их заросли. Тимоху нигде не было видно.

– Может ты, все-таки, поднимешь свою задницу?!

Андрюха осознал, что голос слышен откуда-то из-под него. Он вскочил, как ужаленный. Тим распластался по траве. Вид у него был недовольный, и это мягко сказано.

– Мог бы извиниться ради приличия!

Человечек, освободившись, принял первоначальный облик и, продолжая бубнить шепотом что-то неодобрительное в адрес Андрюхи, перебрался на пенек, торчавший поблизости.

Андрюха был смущен. Понятно, что плюхнулся он на приятеля во время падения не нарочно. Но все-же…

– Извини, – Андрюха сказал это еле слышно. Как-то странно было извиняться перед нарисованным персонажем, возникшим из блокнота. Потом понял, что уж лучше не извиняться вообще, или надо сделать это как следует. – Прости меня, Тимох! Я же не специально! Ты ж понимаешь!

Андрюха говорил уже вполне искренне, и заметно было, что ему неловко.

– Да ладно! Проехали!

Тимоха небрежно махнул рукой. Но на его нарисованной рожице читалось глубокое удовлетворение. С ним считались! Это кому угодно покажется приятным.

– Ребят, что делать то будем? Как назад попасть? Тимоха! Это твоя работа! Нас сюда закинул ты. Ты знаешь, как вернуться?
–

Друзья собрались около пня, на котором восседал их нарисованный приятель. Тот заметно стушевался и выглядел растерянным.

– Я понятия не имею, как это работает! Ну и, потом, а зачем вы сами в эту дверь полезли, а? А теперь, Тимоха, Тимоха… Конечно, Тимоха кругом виноват! – малыш развернулся ко всем спиной, изображая обиду.

Стало ясно, что решать проблему, как вернуться обратно, придется

самим. Аленка вопросительно взглянула на Никиту, ожидая, что может быть, он скажет что-нибудь обнадеживающее. Что-то придумает. Тот молчал, и размышлял о чем-то, явно не связанным с возвращением. Он внимательно рассматривал свои ступни. Аленку осенило.

– Ноги! Ты же босиком! У тебя нет обуви! Ник!

– В том то и дело…. – Никита озабоченно почесал босую пятку, которой только что наступил на какую то колючую ветку.

– Вот вы меня ругаете! А что бы вы без меня делали! – неожиданно веселый голос Тимохи раздался со стороны пенька. Человечек соскочил на землю и озирался в поисках хотя бы небольшой ровной поверхности. Друзья повеселели. Ну, конечно же! Тимоха нарисует для Никиты кроссовки и все, проблема решится! Уж если даже изображённый им носорог умудрился начать двигаться и всех напугать, что говорить о паре обуви. С этой задачей Тим точно должен справиться. Павлик ткнул рукой в сторону пенька:

– Самое то, по-моему.

Срез был довольно ровным и по размеру тоже подходил. На нем вполне можно было изобразить требуемый рисунок. Попробовать, во всяком случае, стоило. Долго не размышляя, Тимоха вскочил назад на только что покинутый им пень, сосредоточился, и принял очертания пары кроссовок.

– Ура! Получилось! Забирай их, скорее! – Андрюха слегка подтолкнул Кита в сторону пня. Никита, соблюдая осторожность, протянул руку. Мало ли, чего можно ожидать! Вдруг кроссовки тоже оживут и начнут кусаться. Но, кроссы легко снялись с пенька, а Тимоха, приняв обычный свой облик, остался сидеть, отделившись от рисунка и с любопытством наблюдая, как Ник пытается надеть "свежеиспеченное" изделие. Поначалу показалось, что с размером промахнулись. Но в итоге все оказалось в пору. Теперь можно было, наконец, куда-то идти. Знать бы только, куда.