Роберт хлопает меня ладонью ниже поясницы.

– Дикая кошка, спрячь когти и не гони. Нам ехать от силы полчаса.

– Классная тачка! Скажи, что я не сплю. – Я плюхаюсь за маленький удобный руль, окидываю взглядом датчики и вдыхаю аромат нового кожаного салона. – Слишком много потрясений для одного дня.

– Не больше чем всегда, – Роберт пожимает плечами Роберт, устраиваясь на сиденье рядом. – По крайней мере, с того момента, как мы встретились.

 Он подсказывает, как отрегулировать зеркала, нюансы управления и вводит в поисковую строку навигатора «Итон-Сквер».

– Погнали! – Роберт пристёгивает ремень.

Я осеняю себя крестным знамением, и благоразумная девочка вновь покидает меня.

***

Джулия

– Что это было в аэропорту? – лечу по трассе, упиваясь послушностью автомобиля и идеально ровной дорогой. – Я имею в виду журналистов.

Роберт закрывает глаза ладонью, и ямочки выступают на его щеках.

– Нас с тобой точно штрафанут! Отвезу как-нибудь тебя на побережье, погоняешь.

– Уговорил. – Неохотно сбавляю скорость. – Рассказывай.

– Рассказывать, собственно, нечего. Это светская хроника. Мы с отцом в зоне их внимания. У нас очень трепетно относятся к отпрыскам знатных фамилий, ну и сфера нашей деятельности также вызывает определенный интерес. Хотя встречали они не нас, скорее какую-нибудь звезду. А мы, можно сказать, подвернулись под руку. Завтра наше фото появится в прессе, – совсем мальчишеская улыбка озарила лицо Роберта. – Я буду потерян для общества как перспективный жених. А тебе вкусная плюшка.

– За что?

– За выдержку, – Роберт опережает навигатор: – На развилке направо, дорогая.

– Чувствую, здесь нам тоже скучать не придется.

– Не переживай, английские леди контролируют свои гормоны, в отличие от горячих русских парней.

За английских леди я переживаю меньше всего. Вслух я этого не произношу.

– Слушай, я впервые в Лондоне, а ты мне голову морочишь своими бабами. Лучше расскажи, куда мы едем?

– Простите, ваше высочество, – Роберт кашляет в кулак, достаёт очки из бардачка и напускает на себя серьёзный вид. – Моё жилище весьма скромное, но зато расположено в самом красивом районе Лондона – Белгрейвия. Это в Вестминстере. Рядом Челси, Букингемский дворец и Гайд-парк.

– Букингемский дворец, – поддеваю я Роберта. – Что-то слышала. Там у тебя тоже родственники?

 Роберт треплет меня за ухо:

– Дразнишься? Между прочим, первый дом в районе был куплен графом Эссексом, после чего приобретать недвижимость на Белгрейвии стало модным.

– Роб, ты следуешь моде? – Я не могу сдержать улыбки. Мой жених – англичанин от макушки до шнурков на ботинках.

– Нет, дорогая! Я так устаю в командировках, что в Лондоне мне хочется тишины и покоя, а этот район отвечает всем моим требованиям. Тем более теперь, когда у меня появилась ты.

– Квартира рядом с Букингемским дворцом – дорогое удовольствие.

– У нас всё недешево, любимая. – Роберт снова лезет в бардачок и достаёт связку ключей.

***

Я любуюсь Лондоном из окна. Величавый двухэтажный красный автобус неспешно катит по правой полосе. Мой взгляд притягивают заалевшие вдалеке три телефонные будки. Строгие дома высятся по обе стороны дороги, а прохожие, кутаясь в куртки и пальто, спешат по своим делам. Конечно, родной Питер навсегда останется в моём сердце, но этот город, так же как когда-то Роберт, с первого взгляда кажется мне старым добрым знакомым. Хочется остановиться, выйти из машины и закричать: «Я люблю тебя!» Чуть не проехав на красный свет, я стряхиваю с себя наваждение, переключаюсь на дорогу и вслушиваюсь в рассказ моего синеглазого экскурсовода. Роберт тем временем уже вещает о Вестминстерском аббатстве и здании Парламента. Табличка Итон-Сквер на решётке ограды парка оповещает, что мы прибыли домой.

– Тормози. – Роберт выключает навигатор.

Узкая улочка тянется вдоль четырехэтажного дома с арочными окнами и белыми колоннами. Первый этаж, выкрашен в пастельно-кремовые тона и мило контрастирует с кирпичной кладкой остальной части здания. Парк с деревьями, растерявшими листву, смотрится величественно строго. Выхожу из машины и застываю в изумлении:

– Ты здесь живешь?

– А что, у тебя и на Итон-Сквер есть знакомые? – поддевает меня Роберт и, забрав из безвольно раскрывшейся ладони брелок от машины, вкладывает туда связку ключей от квартиры.

– Я думала это музей.

– Скромное обаяние буржуазии, не более того, – иронизирует Роберт и достаёт вещи из багажника. – Вперед принцесса!

Под козырьком с колоннами к двум арочным дверям из черного дерева с витражными стеклами ведут четыре отполированные мраморные ступени. По бокам крыльца чёрные прямоугольные кадки с туями, наверху козырька фонарь на цепи, а на стене отливает бронзой домофон.

– Открывай быстрее, Джу!

– Здесь так красиво! – Я оглядываюсь на парк. – А окна сюда выходят?