– И у вас кто-то есть на примете? – князя, наконец, озарило.

– Есть! – чуть улыбнулся Ратибор. – Познакомились мы с одной любопытной ведуньей, когда в Борград ездили… У тебя Добролюб далеко? Можешь его к нам пригласить? Надо бы кое-чего у него уточнить…

– Да в соседнем крыле, отсыпается с дальней дороги. Сейчас вызовем, коль такое дело… – Святослав взял со стола небольшой серебряный колокольчик и резко позвонил в него. Тут же в трапезный зал отворилась дверь и появившемуся в проёме неприметному слуге было велено немедленно привести сюда Добролюба. Спустя буквально пару-другую минут заспанный знахарь уже был на месте, недовольно бурча, что покой он, кажись, найдёт только в могиле.

– Что случилось? – проворчал он уже более миролюбиво, когда увидел ожидавших его воинов. – У тебя, Емеля, опять где-то в непотребном месте занозы застряли?

Нет, уважаемый, слава богам… – княжий племяшек смутился и густо покраснел.

– Что можешь сказать о такой персоне, как Мельванес? – спросил присевшего на край скамейки Добролюба Ратибор и обрисовал старому знахарю в общих чертах сложившуюся ситуацию.

– Дело плохо, однозначно, – выслушав рыжебородого великана, тихо молвил княжий целитель. Лицо его стало мрачнее тучи.

– Что на нашем месте можно предпринять, чтобы избежать магических чар тёмного волхва? – Святослав выжидательно глазел на своего лекаря.

– Собрать манатки по-шустрому да драпать назад, в Караим, – пожевав губами, пробормотал Добролюб. – А лучше – ещё дальше! Тогда есть шанс, что ему будет просто лень нас искать и он отстанет…

– Это не вариант, Доб! – рявкнул князь раздражённо.

– Найти Белотура, светлого волхва. Да только не слышно о нём уж много лет ничего, и где искать его, никто не знает. Жив ли он вообще… Может, усоп уже давно в какой-нибудь отдалённой от людских поселений пещёрке…

– В таком случае это тоже нам не подходит, старче! – фыркнул приглушённо Яромир.

– Тогда остаётся лишь молиться нашим богам, чтобы они тёмного чародея молниями на ночном горшке поразили… – Добролюб совсем поник. – Другого выхода я не вижу…

– А Благана? Помнишь, ты говорил, что знаком с ней? Скажи, она может помочь? – Ратибор внимательно взирал на пожилого знахаря.

– Хм!.. Сила-то у неё есть, и немалая, а вот хватит ли этого… Не знаю, если честно… Но если не она, то и никто не справится!.. – Добролюб, было дело, оживился, но тут же опять помрачнел. – Да только не станет Благана вмешиваться в распри людей и выручать нас! Не имеет права по тем законам природы, по которым живёт всю жизнь. И купить эту ведунью не удастся; деньги для неё – это мусор, не более…

– Станет она вмешиваться или не станет, это второй вопрос! – проворчал нетерпеливо Ратибор. – А первый звучит так: – Шанс – есть, что она может сладить с Мельванесом?

Трое приятелей, Емельян и Святослав, затаив дыхание, уставились на Добролюба.

– Ну, если прикинуть, если повезёт, то… Может быть… Если, конечно, недооценит он… – Добролюб прикрыл глаза на секунду-другую, а после по-стариковски крякнул, откашлялся и произнёс: – Слишком много «если», но шанс определённо есть!.. Да не станет она, говорю вам…

– Благодарю, уважаемый! – прервал его брюзжание Ратибор. – Это всё, что мы хотели знать! Отправляйся в свои палаты, отдыхай с дороги!

– Да, Доб, извини, что потревожили, – Святослав позвонил в колокольчик. – Тебя проводят. Пусть только светлые сны тебе снятся!

Добролюб в ответ лишь недоумённо пожал плечами да в сопровождении молчаливого слуги покинул обеденный зал, отправившись в свои покои дальше досматривать те видения, что порой посещали старого целителя в сладкой дремоте.

– Ну, что я вам скажу, други мои! – тем временем Ратибор довольно потёр руки. – Нам нужна Благана!

– Вот и отправляйся немедля к ней! – Святослав тяжело, в упор смотрел на могучего витязя.

– Эм… Один? – рыжебородый богатырь удивлённо поднял брови.

– А что, в одну рожу тебе не справиться с этой простенькой задачкой? Или ты способен только репы откручивать лиходеям всяким да князю своему хамить прилюдно? – правитель Мирграда сердито уставился прямо в синие очи Ратибора, сделав при этом очередной глоток из полупустого уже кувшина с вином.

В обеденном зале наступила тягучая тишина. Яромир, Мирослав и Емельян усиленно делали вид, что рассматривают герб Мирградского княжества, висящий на стене по центру комнаты и представлявший собой широкое шёлковое полотнище с изображённой на нём головой крупного бурого медведя, сжимающего в клыках рукоять двуручной секиры. Наконец-то князь поднял тему, явно не дающую ему покоя, хотя после того как княжья дружина выдвинулась из Караима домой, он ни разу о ней не заикался. Стало понятно, что у Святослава с настроением; дело было явно не только в неприятных вестях из Мирграда. После того, как Ратибор своевольничал в Забытых пустошах, отказавшись выполнять его мерзкий приказ по разделыванию мелкого йотуна на части, да ещё при всей честной братии крепко послав князя при этом, дружеские отношения молодого гиганта и его старого приятеля явно дали трещину; хоть и пытались оба усиленно делать вид, что ничего не произошло, да только получалось это у них так себе; как говорится, слово не воробей – вылетит, не поймаешь. И вот под винными парами, видимо, Святослава, в конце концов, прорвало на откровенный разговор.