Домой он пришёл поздно. Солнце уже садилось, а ноги болели как от побоев, так и от усталости. Нащупав в кармане ключи, он приложил таблетку к электронному замку и вошёл в засраный, облезлый подъезд. Подошёл к лифту и нажал на кнопку, но ничего не произошло. Видимо, опять свет вырубило. Придётся топать пешком. На седьмой этаж!

Полностью обессиленный, уставший, злой и обиженный, он всё-таки добрался до своей квартиры. Открывая дверь, всё о чём он мог мечтать, лишь бы поскорее снять с себя всю одежду, помыться и завалиться беспробудным сном на свою кровать.

— Я дома. — Сказал он, предупреждая бабушку.

— Паш, не раздевайся, выкини мусор. — Бабушка вышла из своей комнаты и вошла в коридор. — Почему так позд… — Только сейчас она заметила общее состояние своего внука. — Божечки, что произошло?! — С жаром воскликнула она.

— Упал в лужу вниз лицом. — Ответил Паша, не собираясь ябедничать. — Сейчас пойду.

— Да постой! Раздевайся. Потом вынесешь.

— Не, лучше щас, пока одет. — Он скинул рюкзак, взял мешок с мусором, стоящий у двери и пошёл к мусорке.

— Не везёт. Как же мне не везёт-то. — Подумал он, вслух спускаясь с лестницы.

Уже была ночь. Фонари, к сожалению, не освещали место, где были мусорные контейнеры, в результате чего пришлось снова идти медленно и осторожно. Вдруг тут ещё одна группа гопников встретится. Но на счастье, никого здесь не было.

Закинув пакет в контейнер, он уже собирался возвращаться, когда его внимание привлёк писк, доносящийся из одной коробки. Любопытство взяло вверх, и он открыл её. Внутри оказался щенок. Грязный, наполовину лысый в тех местах, где шерсть, вероятнее всего, сгорела, со слезящимися глазами и стоящей в неестественном положении лапки. Он посмотрел на Пашу со страхом, сжавшись в комок.

— Привет, братец. — Поздоровался он, протягивая руку в коробку. — Кто ж тебя так невзлюбил-то? Тоже несчастный случай?

Но щенок отверг его жест помощи и со страху помчался из коробки вдоль дороги, похрамывая подбитой ножкой.

— Ну и куда ты? — Крикнул вслед ему Паша.

В этот момент на дорогу свернула какая-то иномарка. В темноте разглядеть не удалось и помчалась прямо на щенка, который будто бы её не замечал, продолжая бежать навстречу.

— Стой! Стой дурак! — Крикнул ему Паша, и сам того не понимая побежал навстречу иномарке.

Не зная, почему, но этот щенок сильно напомнил ему его же. Такого же грязного, зашибленного и запуганного парня, над которым издеваются все кому не лень. Он хотел его спасти, чтобы помимо бабушки и отца, у него был хотя бы этот блохастый крендель.

Он не успевал. Машина была слишком близко, а щенок споткнулся и упал, став жалобно скулить. На автомате схватив щенка в руки и прижав к себе, Паша свернулся калачиком и принял на себя автомобиль. Удар был мощным. Его откинуло метров на десять, заставив спиной совершить несколько болезненных перекатов. Все левые конечности резко заболели и наверняка сломались. Но он это почувствовал слабо, так как на место непродолжительной боли пришло покалывание, будто после того, как сильно отлежал руку, а потом и вовсе он перестал её ощущать, вместе с ногой, ухом и левым глазом. По телу прошлась жгучая волна жара, будто бы его засунули в печь. Единственное, о чём он подумал, перед тем как потерять сознание было:

— Какой же я неудачник…

Где она? Что произошло? Куда забрал её этот демон? Почему она не чувствует своего тела? Она умерла? Неужели… Мама решила пожертвовать дочкой ради своего спасения? Нет! Этого не может быть! Она всегда любила Детрою, даже несмотря на демоническую кровь. Она не могла так поступить! Но то, что с тем демоном она говорила на неизвестном ей языке, явно было специально. Она точно не хотела, чтобы дочь услышала условия договора с Хранителем печатей. То, что это именно он, девочка знала из книг.

По мере всё возрастающих сомнений, догадок и неверий, она всё отчётливее и отчётливее чувствовала какой-то неземной холод. Для неё в чьих жилах текла кровь потомков огненных магов, любой холод воспринимался гораздо острее и чувствительнее, чем для любых других рас. Когда демон взял её и повёл в зеркало, она ощутила чувство, схожее с глубоким провалом в мягкую перину, и достигнув "дна" она потеряла возможность чувствовать своё тело. Она читала о возможностях перемещения в форме духа по "изнанке мира", и даже сама в него выходила. Чтобы попасть в "изнанку" надо выйти душой из тела, используя особую медитативную технику. Если не вернуться в тело вовремя, то душа в конечном счёте полностью отделиться и тело умрёт. Но здесь она не чувствовала привязке к телу. Так неужели она взаправду умерла?

"Дура". — Проклинала она себя, не имея возможности говорить вслух. — "Как наивно было это предполагать. Мы же демоны. Зло течёт в наших жилах. Ты бы и сама так сделала. Дура. Наивная идиотка. Неудачница. Какая же ты неудачница…"

"Какой же я неудачник." — Разносил себя Паша, сам не понимая, как и где он оказался. Но догадывался. — "Настоящий лошара. Даже грёбанного пса спасти не смог и отправился за ним. Бесполезный биомусор. На фиг а только спасли в детстве? Всё равно никому ни лучше, ни хуже от меня бы не было. Так и не смог сделать из себя человека, несмотря на свои шрамы. И умер в итоге так ничего и не сделав. Я же умер, верно?"