Шрифт:
— У женского организма много возможностей. Но, мне кажется, им очень нравится. И мне тоже.
— А у Вас дети есть?
— Есть. Трое.
— А кто?
— Пока не знаю. Они еще маленькие и живут в мамах.
Опять повисла неловкая пауза. Я смотрел на них, а они — то на меня, то на бугор под простыней. Потом повернулись друг к другу и повели внутренний диалог. Я, наверное, из-за внедренных в них «перемирий», вполне мог его уловить.
— Слушай, давай уйдем. Он очень страшный и очень странный.
— А куда мы пойдем? Он нас точно защитит. А там что? На панель идти? Так лучше с ним.
— А как же его женщины? Он-то видно хочет, а они наверняка обидятся. Я бы обиделась, например.
— Даже из-за меня?
— Ну, ты — другое дело. А за постороннюю точно бы обиделась.
— Давай попросим его, пусть соединит с ними. Если получится, и они нас услышат, может быть, что-то подскажут. Нехорошо все это с мужчиной обсуждать. А мамы нет, и родственников у нас нет, и друзей у мамы среди людей не было. Можно конечно на факультет в Универ заскочить. Только мне кажется, что не очень-то нам будут там помогать. Да и на улицу надо выходить. Страшно.
— Давай. Если они Великие Волшебницы — может, помогут нам.
— Сэр Юджин. Нам надо посоветоваться. Но мы, если честно, очень смущаемся говорить с Вами. Не могли бы Вы связать нас со своими женщинами? Может быть, они не откажут нам в помощи. Мы не знаем, что делать.
Я обратился к своим:
— Поможете?
— Давай. Они, нам кажется, наивные, но неплохие. Видимо, мама у них была той еще квочкой.
— Хорошо.
— Значит так, девочки. Кстати, как вас зовут?
Они назвали свои имена. Можно было язык сломать — по 24 буквы в каждом имени. Тьфу!
— Я буду звать вас Зита и Гита. Мне так проще.
Все сразу обратились ко мне с вопросом:
— А что это значит?
Своим я объяснил:
— В моем мире была такая душещипательная история для домохозяек про двух сестер-близняшек, которых разлучили в детстве и которые потом встретились. Если честно, саму историю я не очень помню, но имена в памяти остались.
— А их история хорошо закончилась?
— Вполне.
— Тогда зови их так, от имени многое зависит…
А сестрам сказал:
— Нет желания объяснять. Имена хорошие, поверьте. Устраивает?
Они нерешительно переглянулись.
— Пожалуй, да. Нам нравится
— Кто из вас будет кто?
— Я — Зита.
— Я — Гита.
Причем сказали они это одновременно. И засмеялись.
Я вытянул тентакль и поставил на каждую из них метку.
— Теперь не перепутаю.
Вообще, во время разговора с ними у меня сложилось странное впечатление, что они являются единым целым, помещенным в два тела. Например, одна могла начать говорить, а вторая продолжить буквально с середины фразы. Да и их диалоги между собой напоминали скорее общение человека со своим внутренним голосом.
— Итак. Я поговорил со Своими, вы им вроде понравились. Я сейчас соединю вас. Сам слушать не буду, общайтесь спокойно. Они мудрые, и плохого вам не посоветуют. Но если что — живите здесь сколько надо, я вас не трону. Пока будете говорить, я пошел в ванну.
После этого я «законнектил» их со Своими. Прямо физически ощутил, как их ауры «лизнули» сестер, неся ласку и желание помочь. И те, встрепенувшись, открылись навстречу.
Я встал, скинув простынь, но сестры, по-моему, не очень-то и обратили на это внимание, так как были заняты внутренним диалогом, и пошел в ванну.
Вообще ванна представляла из себя каменное корыто достаточно большого размера. Вода подавалась в него стандартным синим заклинанием. Для меня не было проблемой усилить это заклинание и быстро накачать воду, а при помощи желтого — разогреть. Их диалог со Своими я действительно отключил. Затем лег в ванну и, по-моему, опять заснул. Теплая вода действовала спокойно и умиротворяющее — не частое состояние при моем существующем положении.
Наверное, часа через два передо мной загорелся сигнал Зеленой:
— Возьми их. Они наши… — член мгновенно встал.
И в этот момент в помещение проскользнули два обнаженных тела.
Они молча подошли к ванне, каждая нагнулась и поцеловала головку, торчащую над водой. Пошел контакт.
— Возьмите нас, пожалуйста, сэр Юджин. Старшие Сестры все нам объяснили, кто Вы и зачем пришли в этот мир. Мы посоветовались друг с другом и поняли, что наша мама не была бы против, а нам Вы сразу понравились. При этом они вдвоем припали к головке и начали с двух сторон неумело, но с большим энтузиазмом ее облизывать. Потом подняли головы: