Сулла не замечал или не хотел замечать, как гиена Хаоса незаметно просачивается в человеческие души, как пожирает этот Хаос любые, даже самые благие дела и мысли, как безверие и анархия берут верх над любыми законами, как слепнет надежда и забывается имя Бога…

Спустя семь лет такого мученического подвига, уже после того как систему покинули без малого сорок тысяч кораблей, Сулла Мануситха встретил одного из своих бывших студентов — Дамиана Гомера. До коллапса Нектарной оставалось чуть меньше двух лет.

***

Хрустальный дворец Академии выглядел еще красивей, чем на рекламных голографических щитах. Сферическое здание диаметром не менее двух километров, окольцованное орбитами скоростных лифтов, доставляющее студентов на любые уровни — «широты» — от «экватора» до «полюсов». Осью этого храма инженерного гения служила колонна, покрывшая бы своим основанием несколько кварталов какого-нибудь тихого городка на Снежной Ладе, планете, ставшей для Дамиана второй родиной и домом его любви. Но Снежная Лада теперь далеко, как и Гелеспа.

Гомер поймал себя на том, что впервые в жизни пересек границу Внутреннего круга как турист, если сейчас такое понятие было правомерно. Впервые легально прошел досмотр, впервые предъявил свой личный жетон с гербом Снежной Лады, впервые был индетифицирован как гражданин юридического государства.

Мизрах — столица Королевского Двора — кишмя кишел военными патрулями. Вновь заведенный порядок, впрочем, выглядел сейчас явным анахронизмом. Да и военные были уже не те, что раньше. Королевская гвардия утратила свой бывший лоск и бравый вид, изрядно захирела и опустилась. Наркотики и пьянство прореживали ее ряды с штормовой периодичностью в месяц или два. Принудительные расформирования и добровольные отставки тысяч и тысяч офицеров являли собой картину общего распада прежней мощи Королевского Двора.

Что же до всей этой архитектурной изощренности и величия — они пока единственное, что сохраняло свой «статус-кво», в отличие от наполнения и содержания. Академия практически пустовала, и стимулов подняться у нее, по-видимому, не будет уже никогда.

Дежурный канцелярии, куда Гомера привезли несколько эскалаторов из мегахолла, сидел за огромным экраном, воспроизводящим объемную модель Академии, беспрерывно вращающуюся, высвечивающую все этажи и помещения, и щелкал по клавишам кибертера, похожего на орган. Музыка, естественно, не звучала, но в модели все время что-то менялось, вспыхивало и погасало.

Дежурный выглядел удрученно и измотанно, обруч связи на его голове досадно контрастировал с выражением лица, обруч был сделан в виде старинной драгоценной короны с частоколом из ажурных золотых листьев, перевитых серебряными косичками.

Два офицера гвардии с небритыми помятыми физиономиями сидели за отдельными пультами и о чем-то оживленно спорили. Работа дежурного их не интересовала вовсе. Ребятушки посасывали из трубочек высоких пластиковых криотермосов возбуждающий напиток, жестикулировали, тыкали друг в друга пальцами, ругаясь при этом через слово.

Гомер подошел к невысокой стеклянной загородке, встал на круг спецпроверки. Дежурный бросил на него беглый пустой взгляд.

— Цель визита? — вопрос не отличался оригинальностью. За все время своего пребывания во Внутреннем Круге Гомер слышал его уже в десятый или двенадцатый раз.

— Встреча с ректором Академии господином Суллой Мануситхой. Желательно сегодня.

На лице дежурного промелькнул секундный интерес, но тут же растворился, уйдя как заряд некой эмоциональной молнии в «громоотвод» глубокой морщины над переносицей.

— Кто вы?

— Его бывший студент. Очень давний.

— Вы со Снежной Лады?

— Да. А как вы догадались?

— Растягиваете слова…

— Странно… Не замечал…

— Заметить не трудно, хотя какое это все имеет значение! Ваше имя?

— Дамиан Гомер.

— Значит так, господин Гомер… Лифт голубой линии из сектора «Зет». Посмотрите на макет. Видите голубую линию? Она идет безостановочно на «полюс» Академии. В приемной ректора сообщите, что ваш код доступа ноль восемьдесят, запомнили? Сулла Мануситха примет вас через пятнадцать минут.

— Так быстро? — кажется, Гомер был обескуражен.

— А вы бы хотели выстаивать многочасовую очередь? Так было, но сейчас, знаете ли… Никто никому не нужен. Обычно ректор бывает в длительных разъездах, но в последнее время он практически не покидает Академию.

— Что ж, спасибо за понимание, — Гомер уже собирался отойти от стеклянного барьера, но дежурный окликнул его:

— Эй, хотите совет?

— Да, я слушаю вас.

— Не спорьте с военными. Они здесь ведут себя совершенно по-хамски. Могут и руки заломить и избить ни за что! Здесь такое творится… Правда, в городе еще хуже. Людей просто убивают. Полиция ничего не делает. Маньяки и насильники на каждом шагу. Бардак! Будьте всегда начеку, господин Гомер, хотя…