– Твоё искусство велико, – вдруг произнесла всё это время молчавшая местная владычица, – Ника, отведи Аглаю в купальни, назначь рабынь, пусть смоют кровавый дух с её тела, – кивнула одной из своих служанок Василисса и отвернулась к Елене намереваясь что-то ей сказать.
– Младенца отнеси кормилице…
Я не стала прислушиваться к её словам: меня подхватили под руки и буквально понесли к выходу из помещения.
Вернулась чистая, благоухающая, каждую мышцу знатно промяли, что повысило градус настроения на одну единичку. Всего на одну, потому что всё это время я очень сильно переживала за Майю. Она ведь так и не очнулась, температура её тела была достаточно высокой. Это тревожило.
