– Почему нет?

– С одной стороны, досадная война, которая ведется во всей Европе, если ты помнишь, любовь моя, - протянул он, - и в зимние месяцы всегда падает энтузиазм генералов к бою, если мои источники не ошибаются, глупый Эрцгерцог Карл планирует бесполезное восстание в Австрии, которое, конечно, разожжет неприятные ответные удары. Мы можем только надеяться, что Вена не заражена их глупостью.

Она пожала плечами.

– Континент не единственное место за пределами Англии. Мы могли бы посетить Индию или Америку или…

– Джульетта, ты прекрасно знаешь, что я испытываю неприязнь к колонии, - Джастин перебил, в его голосе был намек на раздражение.
– Общество утомительное, развлечения простоваты, и местные жители не на много лучше, чем дикари. Кроме того, мои переговоры с феями не так хорошо проходят, как бы хотелось.

Ее сердце упало. Со всей своей магией Джастин был всего лишь человеком, и только с мощной смесью редких сильнодействующих трав, он умел удерживать свою смертность. Травы, которые могли быть выращены только с магией фей. Это означало, что Джастин не рискнул бы покинуть Лондон, пока не был бы уверен, что у него достаточно зелья, чтобы хватило ему, на несколько недель, если не месяцев.

– Что-то не так? У тебя никогда раньше не было затруднений с обменом для твоего зелья.

Джастин скривился.

– Феи... обеспокоены.

– Это едва ли шок. Они всегда непостоянные и непредсказуемые.

– Это хуже, чем обычно. За последние три месяца я пытался встретиться с Яйнтом, предлагая мое лучшее имущество за честь, только услышать, что Принц не принимает.

Джульетта нахмурилась в замешательстве. Как она могла сказать, древесные эльфы были взбалмошными существами, но они были также прокляты ненасытной тягой к магии. Не меньше, чем угроза неминуемой смерти могла бы препятствовать древесному эльфу получить магический предмет.

– Ты оскорбил его?

– Я никогда не сделал бы этого.

Челюсть Джастина сжалась.

– Нет. Принц либо пытается выбить меня из колеи в надежде повысить цену своего товара, либо он скрывается.

– Почему бы фея скрылась?

– Хороший вопрос.

Повисла тишина так, как они оба обдумывали разнообразные, и конечно неприятные, варианты.

– Так что же ты намерен делать?
– спросила она.

– Сделать ему предложение, такое соблазнительное, что он не сможет устоять от встречи со мной.
– Джастин стрельнул в нее пристальным взглядом.
– Кстати, тебе удалось взглянуть на новую коллекцию Лорда Тредвелла, моя дорогая?

Она махнула презрительно рукой. Потребовалось меньше четверти часа, чтобы перерыть греческую коллекцию, которая в настоящее время выставлялась в картинной галерее Лорда Тредвелла. Там были не только ужасные статуи со сколами и отсутствующими частями керамики без любого намека на магию, но она подозревала, что это были откровенные подделки, не имевшие никакую историческую или художественную ценность.

– Мусор.

Джастин бросил недовольный взгляд в сторону особняка.

– Не совсем неожиданно, но все равно жалко. Возможно, у нас будет больше удачи на вечере у Стоневилла.

– Лорд Стоневилл приобрел новые артефакты?

– Нет, но по слухам в джентльменском клубе, он недавно взял молодую и очень красивую любовницу.

Она нахмурилась в замешательстве.
– Какой интерес может быть у нас к его любовнице?

Улыбка знания изогнула рот Джастина.

– Старому козлу должно быть за восемьдесят, если не столетие. Если ему удается не отставать от женщины четверти его возраста, то у него должны быть некоторые магические побрекушки, чтобы…

– Да, я поняла смысл твоих слов, - прервала Джульетта, содрогнувшись при неприятном представление.

Намного менее брезгливый Джастин протянул руку.

– Идем?

Две ночи спустя, Джульетта сидела на диване Чиппендейла [2] , с изогнутыми ножками и потертыми парчовыми подушками, который находился под маленьким окном. Один только Бог знал, как давно он был отправлен на чердак, но Леве сделал все возможное, чтобы очистить тот от пыли и паутины. Ему также удалось расчистить достаточно места, среди забытых стволов и семейных портретов, чтобы поместить два деревянных стула вокруг маленького завитого стола, придав вид столовой. Крошечный горгулья был удивительно одомашнен и слишком часто жаловался, что вынужден проживать на тесных, грязных чердаках. В данный момент, однако, свет мерцал в серых глазах, и нежные крылья трепетали, когда он смеялся над рассказом Джульетты, о том, как она украла ценный кристалл, который содержал слезы Бога Плодородия, в то время как Джастин отвлекал старого Лорд Стоунвилла.

– Вы уверены, что это был Damanica?
– потребовала горгулья, и его французский акцент усилился.

– Без сомнения.
– Джульетта пожала плечами.
– Джастин в настоящее время предпринимает попытки соблазнить древесных эльфов выйти из укрытия, к нему.

Леве снова засмеялся.

– Жалок. Чёрт возьми. Это провал, провал, провал…

– Леве, - Джульетта поспешно перебила.

– Ах, простите, ma belle [3] .
– Чувствительная горгулья мгновенно раскаялся.