Шрифт:
Сергей, лавируя среди всей этой кутерьмы, нашел старшего.
– Гарри! – крикнул он, замерев перед цепочкой стремительно проносящихся автоматических тележек.
Старший по всем этим работам резко обернулся, увидел Сергея, помахал рукой и поспешно подбежал, причем тележки тут же замерли, явно настроенные на его частоту.
– Ну как? – только и спросил Сергей.
– Почти все по графику, – быстро отрапортовал Гарри, изрядно потея и волнуясь на глазах.
– В чем задержки? – поинтересовался Сергей, невольно переходя на суровый тон.
Гарри вспотел еще сильнее.
– Проблемы с блоками управления, – бледнея, ответил он. – И с производством натурального горючего.
Сергей кивнул, принимая все это к сведению и прикидывая про себя: Атлант появится уже через два дня. Надо успеть слетать на Луну, все там сделать и вернуться обратно.
– Заполненность баков? – просверлил он взглядом временного начальника маленького космопорта.
– На восемь пунктов, – услышал Сергей в ответ.
– К сроку успеете? – внимательно посмотрел он на Гарри.
– Стараемся, – честно пожал тот плечами, бледнея еще больше.
Сергей только поморщился. С одной стороны Гарри было жалко, но с другой стороны – речь шла о его собственной судьбе! О его жизни в конце-концов!
Помедлив, он сдержанно кивнул и также стремительно удалился.
4
Сергей остановился у широкой двери с большой медицинской эмблемой – рюмка, обвитая змеей. Приложил ладонь к панель. Дверь приглашающе распахнулась.
Он оказался в просторном, сверкающем белизной, коридоре медицинского отдела.
Ступил на бегущую дорожку, для устойчивости взявшись за перила, по-прежнему думая об Элоре-директоре и о себе прежнем. Вот сейчас, вот в этот самый момент… Он энергично тряхнул головой – что было, то на самом деле уже прошло, не смотря на то, что только сейчас оно начинает претворяться в жизнь. Но – не для него.
Мимо Сергея по другим дорожкам проплывали медсестры с алюминиевыми тележками, врачи со стетоскопами, и кто-то под белыми простынями на каталках.
Эдик – единственный человек, кроме Элоры-директора, который знал о том, что нас на самом деле двое, грустно думал Сергей, поймав себя на том, что его постоянно тянет к нему. Причем – очень сильно! И, наверное, в основном потому, что Эдик был его далеким потомком. Каким-то внуком с разницей в пятьсот лет. А это означало, что у Сергея кроме детей, которых он прекрасно помнил, будут еще и внуки, о которых ему ничего не известно. Но известно точно – они все будут. Будут жить своей жизнью, учиться, искать свое место в жизни, влюбляться, отстаивать свою любовь, разочаровываться. Чья-то жизнь этих далеких потомков будет счастлива, чья-то – не очень. Будут появляться на свет девочки, мальчики, снова влюбляться, создавать семьи, гибнуть в войнах или драках… Кто-то останется бобылем, так и не познав семейных радостей. Кто-то умрет в одиночестве. Снова будут рождаться, снова учиться и искать свое место в жизни, насмешливо взирая на предков. Снова наступать на те же грабли, от которых их старались уберечь родители. Снова вступать в борьбу за жизнь, растить детей, воспитывать, претерпевая или нет крах, проживать свою жизнь с пользой или же бессмысленно. И так – много-много раз… все пятьсот лет!
И Сергею еще сильнее захотелось видеть Эдика. Тем более, что тот пока еще совсем ничего не знал об их родстве.
У двери с цифрой '6' Сергей соскочил с дорожки, энергично, без стука, вошел в кабинет Эдика, слегка притормаживая на половине пути.
– Добрый вечер, Эдик, – вежливо поздоровался Сергей, присаживаясь на стул возле стола доктора.
– Добрый вечер, Серж, – еще более вежливо ответил Эдик, сосредоточенно всматриваясь в бумаги на столе. – Вы извините, я сегодня немного замотался.
– Ничего страшного, – ответил Сергей, слегка откидываясь на твердую спинку. – Я никуда не тороплюсь, – добавил он, хотя это было и не так. На самом деле у него было жестко ограничено время и он должен был в скоро времени срочно оказаться в другом месте, причем – в любом случае.
Наконец Эдик оторвался от бумаг и растерянно посмотрел на Сергея.
– Видите, как мы работаем? – спросил он, глядя на Сергея воспаленными глазами. – Какие-то бумаги, распечатки… В мое время об этом даже и не слышали!
Эдик расстроенно поворошил листки на столе.
– Каменный век! – грустно закончил он.
И в этот момент вошла медсестра Ева. Тонкий, почти прозрачный белый халатик на голое тело, белый чепчик, из под которого соблазнительно выбивались пряди волос неизвестного цвета.
– Ева, вы сегодня просто обворожительны! – даже не подумав о последствиях невольно выдохнул Сергей.
И девушка озорно вспыхнула, сверкая глазками.
– Я просто укоротила халатик, – сообщила она, мило улыбнувшись и поглаживая себя по бедрам.
Ева доверчиво смотрела на Сергея, но он чувствовал – действие с халатом и прической – это все было не для него, хоть она и старалась показать обратное.
Сергей покосился на Эдика и понял, что тот ничего этого не замечает. Не замечает действительно, а не просто делает вид.
И Сергей совсем незаметно вздохнул. Впрочем, Эдик потерял всех своих близких, любимую жену, детишек… Трудно будет кому-нибудь впихнуться в его сердце. На это потребуется время и очень много усилий. И настоящее желание. И Сергей снова вздохнул.