— Что такое?

— Осторожнее, за колючую проволоку не зацепитесь, — запоздало предупредил откуда-то из тумана человек в камуфляже.

В ответ прапорщик не стесняясь в выражениях сообщил все, что думает по поводу него лично, собственных порванных штанов, а также внутренней и внешней политики российского государства.

Сопровождающий извинился, но прибавил пару фраз в том духе, что здесь все-таки не Новый Арбат, даже не штаб федеральной группировки — и надо бы под ноги смотреть…

— Что? Ты это кому, парень?

— Тихо! Прекратите, — на правах старшего по званию осадил всех полковник.

Дальше двигались молча.

Впрочем, идти пришлось совсем недалеко. Сначала обогнули бронетранспортер, пахнущий порохом, пылью и все ещё не остывшим за ночь металлом. Затем прошли вдоль бетонных конструкций с торчащим из амбразуры стволом и оказались перед закрывающим вход куском брезента.

— Прошу! Аккуратнее, не ударьтесь…

На появление гостей личный состав КПП отреагировал довольно спокойно. Во всяком случае, никому из бойцов в голову не пришло подавать команды, вскакивать и вытягиваться по стойке смирно.

Видимо, здесь спали не раздеваясь — во всяком случае те, кто лежал сейчас на двухярусных, сколоченных из неструганых досок нарах сняли с себя только обувь. Автоматы и каски были пристроены прямо под боком у спящих, либо висели на вбитых в стену железных крюках.

Тяжелый дух давно не мытых тел и оружейной смазки мешался с запахом дыма — прямо посередине, на полу была установлена печка-»буржуйка» с уходящей куда-то вверх трубой.

Перед печкой стоял на коленях чумазый боец в расстегнутом ватнике. В тот момент, когда появились гости, он как раз приоткрыл чугунную дверцу, и по потолку забегали огненные блики.

— Ну, чего у тебя? Порядок?

— Дрова сырые, товарищ старший лейтенант, — вместо приветствия доложил дневальный.

Только сейчас, при неожиданно ярком свете пламени, Виноградов заметил звездочки на погонах человека в камуфляже.

— Рассаживайтесь. Сейчас перекусим, чайку попьем…

— Вы как? — Обернулся к Владимиру Александровичу полковник. — Время, вроде, позволяет.

Виноградов посмотрел на часы: до встречи оставалось ещё почти сорок минут.

— С удовольствием.

Пока прибывшие, стараясь никого не разбудить, рассаживались прямо на нары, хозяин порезал хлеба. Затем на расстеленной газете появились консервы и несколько кружек:

— Вы как насчет… по чуть-чуть?

Возникла неловкая пауза, и Виноградов понял, что отвечать придется ему:

— Нет. Спасибо, конечно, но… Мне нельзя, а вы сами смотрите, по настроению.

— Хороший коньяк. Местный, — на всякий случай уточнил старший лейтенант. На этот раз он обращался уже непосредственно к Владимиру Александровичу.

— Спасибо. В следующий раз… На обратном пути.

Водителю было не положено, полковник по примеру Виноградова пить отказался, поэтому хозяин плеснул из фляги только себе и прапорщику:

— Без обид?

— Да нормально все… Поехали!

Как раз подоспел и чай.

Пристраивая поудобнее дипломат, Владимир Александрович перехватил заинтересованный взгляд дневального. Усмехнулся: да уж, действительно! Приехал, понимаешь, какой-то хрен с горы.

Форма новая, чистенькая, без знаков различия. Шнурованые ботинки, портфельчик пижонский… И не то, что нормального «калаша» — даже кобуры с пистолетом на поясе нет.

Полковник тем временем поддерживал беседу:

— Сколько же вас тут всего?

— Я — двенадцатый.

— Тесновато…

Молодой офицер пожал плечами:

— Приходится спать по очереди. Но ведь так и так четверо службу тянут, пока остальные здесь.

— С едой-то хоть нормально?

— Сухпаек привозят.

— Ну надо же, безобразие какое… — Искренне возмутился полковник из штаба. — Вернусь, доложу обязательно. Командующему группировкой, лично!

— Да ладно! Обидно вот, что надбавку сняли… Мы же теперь, вроде как, не в зоне чрезвычайного положения находимся. Боевых действий тоже официально нет.

— Это верно.

— Так и получается, что ни льготной выслуги, ни денег… Хорошо, хоть командировочные пока платят.

…Примерно через полчаса засобирались.

— Все пойдем?

— Да в общем-то… Водитель может остаться.

— Товарищ полковник!

— Сиди. Жди пока… Или машиной займись, чтобы в любую минуту была готова. Понял?

— Понял, — опустился обратно за стол водитель.

— Может, лучше до утра останетесь? — Откинув брезентовый полог поинтересовался у полковника начальник КПП.