Больше всего мне не нравится, что таким разделением Лин оказывается с Джес, а после библиотеки Джес я не доверяю. Она подставит ее в любой момент – наверное, это даже первая причина, по которой я не хочу разделения на подобные «кучки».

Подхожу к нужной комнате и, дважды стукнув, захожу. Но вместо ожидаемых двух девчонок, вижу лишь одну.

Расчесывая волосы, на кровати, подобрав под себя ноги, сидит Лин.

– 4-

Она удивленно глядит на меня, но тут же гостеприимно кивает:

– Лаки? Заходи.

Я мнусь на пороге, после чего озадаченно захожу и прикрываю за собой дверь.

– А где Джес?

Улыбка Лин стягивается.

– Ее искал?

– Да нет, просто Кэти сказала, что вы с ней решили поселиться отдельно. А мне это кажется не классным. Хотел перетащить вас к нам.

– А – она опять улыбается – да нет, дело не в этом. Мы с Джес просто решили, что эту ночь вполне можем позволить себе по отдельной комнате. Кто знает, представится ли еще?

Она говорит об этом так непринужденно, что меня начинает это бесить. Это все влияние Джессики. Сама Лин не относится к смерти так равнодушно.

– Представится – обрываю ее я – я знаю.

Она тут же дергает плечами, словно придя в себя:

– Ну да, это я так.. образно.

Повисает напряжение, я решаю разрядить его. Делаю пару шагов вперед, как бы оглядываю «ее» комнату:

– Смотрю, вы с Джес за сегодня стало прямо подружками до гроба? – усмехаюсь.

– Перестань – смеется она и кидает в меня расчёской. Нарочно левее, потому мне даже не приходится прилагать усилия, чтобы та пролетела мимо.

– Просто она единственная из своей группы выбралась – добавляет Лин – мне ее жалко. Представить не могу, если бы я выбралась одна-единственная.

– Джес не бедная овечка – заявляю я, но тут же поправляюсь – точнее, жалко конечно, но она сама не особо грустит, так что не парься.

Лин склоняет голову:

– Кстати, Джес в гостиной вроде заигрывала с тобой – вкрадчиво замечает Лин.

– Я заметил – усмехаюсь я – но она не в моем вкусе.

Лин старается не выдать довольной улыбки, потому закусывает губу:

– А кто в твоем?

– Девчонки, которые от нервов кусают нижнюю губу. Выглядит чертовски сексуально.

Мы оба мгновением молчим, после чего смеемся. Я сажусь рядом с ней на кровать. В отличии от нашей комнаты – у Лин не диваны, а большая двуспальная кровать.

– Жалко, что Кэти выбрала ту комнату, а не эту – замечаю я – а то я что в том доме спал на диване, что в этом. Даю голову, кровать намного круче.

Лин жмет плечами, старательно напустив на себя небрежность:

– Можешь остаться здесь, если хочешь. На кровати места хватит.

Я вскидываю брови. Сетуя на выбор Кэти, я и не рассчитывал на встречное предложение.

– Эм.. ну почему бы нет – демонстративно бью по кровати рукой, и от нее тут же поднимается пыль – тем более, раз хватает места целому роду пылевых клопов, то для меня точно найдется.

Лин смеется, и рукой размахивает поднявшуюся пыль.

В конечном итоге время поджимает и мы укладываемся ко сну. Я снимаю футболку, джинсы как всегда оставляю. Лин же оставляет на себе всю одежду и я уже решаю, что необдуманно стянул футболку, раз уж мы спим не гурьбой, а только с ней в одной кровати. Кто знает, как она это расценит. Но поддевать футболку и надевать заново – будет еще более идиотским.

Потому вырубаю свет (как учила нас Сара) и заваливаюсь рядом под одеяло. Да уж, кровать намного удобнее. И мягче, и больше. И Ричи не заявляет, что я к нему жмусь.

Лин укладывается спиной ко мне. Я поворачиваюсь к ней и обнимаю сзади, прижавшись своим телом к ее. Странно, этот жест тоже кажется чертовски знакомым, как когда я протянул руку Бену. Может, в прошлом я уже так засыпал с кем-то? Поэтому сделать так показалось мне совершенно естественным?

Но Лин не возмущается, а наоборот накрывает мои руки своими и придвигается ближе.

– Держись завтра рядом меня – шепотом говорю я ей.

– Я могу за себя постоять.

Я глухо усмехаюсь:

– Я в курсе, но все-таки. Договорились?

Она улыбается – я этого не вижу, но чувствую:

– Ладно. Если хочешь поиграть в героя, не буду мешать.

– Пока я только и делаю, что тебя спасаю, потому что счет все еще 3:1, так что..

– 3:2! – возмущается Лин, с трудом стараясь выглядеть грозно – бинты считаются!

Я смеюсь и прижимаю ее к себе еще сильнее, уткнувшись лицом в шею. В обнимку с ней я засыпаю гораздо быстрее, чем то случалось обычно, а просыпаюсь лишь тогда, когда за дверью начинается какой-то шум.