— Что же, слухи правдивы… - задумчиво процедила женщина-джинн. — Изящная, стройная, с идеальными чертами лица… - голосе супруги Амира явно читалось раздражение, когда она говорила это. И самое скверное – она не скрывала этого.

— Я – Габриэль, – гордо представилась, глядя в лицо красивой, но злой женщине-джинну.

С первого взгляда на Аграт, я поняла, что жена Амира совершенно не рада мне.

Да, ее полные губы были растянуты в вежливой улыбке, но она совершенно не затрагивала глаз женщины.

А ещё… я что-то чувствовала от неё, какой-то странный запах. Слишком приторный, слишком сладкий… мелькнула мысль, что женщина могла переборщила с духами, но вся моя сущность непроизвольно напрягалась.

 Я хищница по своей природе и судьба не раз сталкивала меня с опасностью в виде охотников. Я знаю не понаслышке, что такое маскировка. Я ощущала, что от Аграт исходило почти то же самое, а точнее, ложь и неискренность.

Голова неожиданно закружилась, заставляя непроизвольно облокотиться на руку Хиро.

Джинн туже заботливо повёл меня к столу, но прежде я успела поймать на себе взгляд Аграт - насмешливый с хитрым прищуром.

«Неужели она - причина моей внезапной слабости?» – настороженно подумала я, опускаясь на стул, который как истинный джентльмен отодвинул для меня Хиро.

— Ох, бедняжка! – заворковала Аграт, постукивая ярко-красным ногтем по золоченому кубку, что держала в правой руке. — Должно быть, слишком сложный был путь. Может быть, стоит вернуться на женскую половину? – ее тёмная густая бровь, словно жирная гусеница, приподнялась в вопросительном жесте.

— Нет, - неожиданно даже для себя, я ответила твёрдо и решительно.

Что бы это женщина не задумала, я не уйду, словно побитая собачонка с глаз долой по ее желанию. Как бы мне было неприятно ее общество, я прекрасно понимала, что стоит только один раз дать слабину, как навсегда станешь объектом травли.

Ее ухмылки и неприятные взгляды, спрятанные за ширмой гостеприимства, не испортят мне настроения и аппетита.

К тому же, ощущая рядом присутствие Хиро, как ни странно, словно давало мне дополнительные силы и энергию.

— Габриэль, ты должна отведать здешнюю кухню. Много орешков, мёда и тончайшее тесто, - пододвигая ко мне тарелку с необычным блюдом, произнёс Амир.

Хиро нахмурился, глядя на брата и перехватил тарелку с угощением.

Он явно не был в восторге от того, что старший джинн проявил ко мне заботу.

— Я думаю, Габриэль больше придётся по душе персиковая панакота с кусочками фруктов.

Передо мной тут же появилась белая тарелка с золотым ободком по краю.

Желе выглядело вполне съедобным, но, честно говоря, меня больше прельщала дичь в клюквенном соусе на большом фарфоровом блюде, что стояло прямо посреди стола.

— А можно… - не успела я закончить, как Хиро уже накладывал мне в тарелку самый аппетитный на его взгляд кусочек дикой утки.

Аграт, устроившись напротив меня, по правую руку от Амира, брезгливо поморщилась.

— Не понимаю, как это можно есть, – ярко накрашенные губы скривились в отвращении, когда женщина бросила взгляд на приготовленную дичь.

— Я тоже предпочитаю мясо, – оборвал ее Хиро, смерив пренебрежительным взглядом. — Никто не запрещает тебе есть эти твои коренья и листики… – почти оскорбительно пробурчал Хиро, указывая вилкой в сторону тарелки Аграт.

— Давайте не будем сориться, – сказал, обращая на себя внимание, Амир. – Мне бы не хотелось, чтобы прелестная Габриэль подумала, что в Джинн Тауне живут одни варвары.

Несколько минут мы мол молча трапезничали, пока я вновь не поймала на себе обманчиво участливый взгляд Аграт.

Промокнув ярко-красные сочные, как дикие ягоды губы, супруга Амира, прищурилась словно кошка объевшиеся сливок, после чего обратилась ко мне:

— А твои родители… Габриэль, - произнесла с неохотой мое имя женщина. — Где они? Неужели они до свадьбы оставили столь нежный цветок без присмотра?
– видя, что ее слова попали в цель, женщина почти замурлыкала:

— Хиро у нас такой… горячий… страстный. Опасно оставлять с джинном такую неискушённую в любовных делах…

— Прикуси своё жало, Аграт! – резко ответил Хиро, увидев, какое впечатление произвели на меня слова женщины-джина. — Родные Габриэль мертвы. Отныне эта тема закрыта раз и навсегда.

Аграт выпрямлялась, став ровной, словно стрела. Ее зелёные глаза недовольно сверкнули. Должно быть, хамоватая супруга Амира, привыкла говорить все, что думает, совершено не заботясь о чувствах собеседника.