Радость на его лице тут же сменилась раздражением.

– Перестань уже вести себя, как гребаная жертва! – агрессивно прорычал он. – Прошло несколько недель, Бьянка! Пора бы уже отпустить эту ситуацию и задуматься о своей дальнейшей жизни. Если бы не случилось всего этого, ты, как и тетя Стелла, так и осталась бы старой девой, скорбящей об утраченных возможностях. Ты хочешь нянчиться со своими детьми или плакать, глядя на чужих? Это твой единственный шанс выйти замуж, так что радуйся! Дон – лучшая партия для любой девушки.

Бьянка истерически рассмеялась, не в силах сдержать эмоции.

– Лучшая партия? Он убил свою первую жену, Джино! Все это знают. Этого ты хочешь для меня?

– Она это заслужила! – закричал он. – Не смей говорить что-то подобное снова, Бьянка! Тем более, в присутствии Дона и его семьи. Ты прекрасно знаешь, что это не обсуждается. Возьми себя, наконец, в руки и задумайся о будущем. И, ради Бога, убеди тетю Стеллу в том, что все не так страшно, как вам, глупым женщинам, кажется! Не желаю выслушивать от нее бесконечную порцию нытья и нотаций.

– Уж извини, что не разделяем твоей радости! – съязвила девушка, отворачиваясь в сторону окна и смахивая слезы с щек.

Тетю действительно нужно было успокоить. Она была так зла на Дона, что грозилась собственноручно кастрировать его кухонным ножом. Им с Джино едва удалось уговорить ее не идти с ними в особняк, ведь она могла не сдержаться и навлечь на себя серьезное наказание за неуважение. Вот только как убедить женщину, заменившую ей мать, в том, что брак заключается по обоюдному согласию, когда Бьянка никак не могла прекратить дрожать и плакать? Она не думала, что сможет это пережить. Вне зависимости от того, будет этот брак настоящим или фиктивным, как обещал Дон, Бьянка не могла заставить себя находиться так близко к этому человеку.

– Ты не выйдешь замуж за гнусного насильника! – закричала ее тетя Стелла, как только услышала новость.

– Я – глава семьи и если я одобрил этот брак, то так и будет, – возмутился Джино.

 Стелла побагровела от гнева. Она устроилась работать в семью Дона в молодом возрасте, овдовев в двадцать лет, и уже отвыкла от того, что решения за нее принимают мужчины и ее слово ничего не значит в их мире.

– Дай нам поговорить наедине, – поспешила вмешаться Бьянка, предупреждая неминуемую ссору. – Пожалуйста, Джино!

 Ее брат был упрям и самолюбив. Он все еще негодовал из-за того, что не получил пост Капитана, как их отец в свое время, а вызов своему авторитету, тем более от членов семьи, воспринимал в штыки.

– Пока ты живешь под моей крышей, будь добра уважать мои решения, – с нескрываемой угрозой прошипел он тете, прежде чем выйти из кухни.

– Глупый мальчишка! – раздраженно воскликнула Стелла. – Он заставил тебя дать согласие, милая?

– Нет, – возразила Бьянка. – У меня нет другого выхода, кроме как выйти за Дона, тетя. Или брак, или аборт. А я не могу избавиться от ребенка. Не могу, понимаешь!?

 Гнев в глазах Стеллы сменило сочувствие.

– Бедная моя девочка, – вздохнула она, протягивая к ней руки и заключая в крепкие объятия.

 Бьянка прижалась к ней, вдыхая успокаивающий аромат лимонной туалетной воды, и закрыла глаза.

– Это не выход, Бьянка. Ты будешь несчастна. Викензо показал своим поступком, что ничуть не отличается от своего отца, а ведь он был таким хорошим мальчиком когда-то! Видимо, за те годы, что мы не общались, он слишком изменился и превратился в неправильного мужчину. Жизнь с таким человеком будет похожа на ад. Поверь мне, мой муж был таким же. Он – женоубийца, Бьянка! Никогда раньше в это не верила, но после того, что он сделал… Не могу больше его оправдывать. А самое страшное – однажды, с тобой может случиться то же самое. Его отец был очень жесток со своими женами и не исключено, что Викензо такой же. Выбор здесь стоит между твоей жизнью и жизнью неродившегося ребенка. Думаю, Бог простит тебя, если ты искренне раскаешься, ведь ты должна думать о своем будущем.

 Бьянка застыла в ее объятиях.

– О чем ты говоришь, тетя?

 Женщина тяжело вздохнула и, отстранившись, серьезно посмотрела ей в глаза.

– Думаю, будет лучше, если ты сделаешь аборт.

 Это слова подействовали на нее, как пощечина. Бьянка не могла поверить в то, что слышала. Ее тетя была очень религиозной и именно она всегда учила девушку тому, что ничем нельзя оправдать грех. Будто читая ее мысли, тетя Стелла продолжила:

– Знаю, это противоречит всему, чему я тебя учила, но я просто хочу, чтобы ты была счастлива, – вытирая катящиеся по щекам слезы, прошептала она. – Жизнь с подобным монстром похожа на ад, Бьянка. Я предпочту, чтобы ты сейчас убила ребенка и двигалась дальше, чем через несколько лет решилась убить себя. Невозможно терпеть издевательства и насилие вечно. В первом браке Викензо были проблемы и никто не даст гарантию, что во втором, он начнет вести себя иначе.

– Он дал слово, что не обидит меня, – слабым голосом возразила девушка. – Ты ведь знаешь, что Дон никогда не нарушает своего слова.

Она и сама не верила ему, но тетю необходимо было успокоить и убедить.

– Знаю, – согласилась Стелла. – Но все когда-то случается впервые. Когда он станет твоим мужем, вся власть будет в его руках. Тебе никто не сможет помочь, Бьянка. И ты никогда не сможешь уйти от него. Живой, по крайней мере. Неужели ради ребенка, который даже пока не ребенок, ты готова пожертвовать своим счастьем?