Шрифт:
//Лангедокская свободная республика, Тулуза, 19 сентября 1860 года//
– Йо-хо-хо! Теперь живём! – сел на кровати Арким.
– Ой! – уронила Жанна книгу.
– Привет! – воскликнул Арким и огляделся. – А где это мы и сколько времени… Оу, четыре дня… Где мы?
– Мы в Тулузе, в трактире «Сочный поросёнок», – сообщила Жанна, поднимая с пола книгу.
Арким присмотрелся к книге. «Орлеанская спасительница» авторства некоего Ж.Б. Шапеля. На обложке было чёрно-белое изображение Жанны Д’Арк пера Рубенса, где она предстаёт в латных доспехах молящаяся у не понаслышке знакомого Аркиму алтаря.
«Проклятый Карл Мартелл…» – подумал меч.
– Мы на втором этаже, – хмыкнул Арким. – Как вы смогли меня поднять по лестнице?
– Ты очень тяжёлый, – недовольно произнесла Жанна. – Но мы попросили пару мужиков, сидевших в трактире и они помогли нам занести тебя наверх. Сказали, что ты «здоровый, сука».
– Никаких проблем не возникло? – обеспокоился Арким.
– Говорят, что тебе в гренадёры только, с таким весом и ростом, – улыбнулась Жанна.
– Разведала местность вокруг Голубой палаты? – перешёл к делу Арким.
– Да, это большое здание с огороженной территорией, – кивнула Жанна. – Подступов несколько, но один из них сопряжён с риском раннего обнаружения. Охраны мало, двадцать солдат из Старой гвардии. На самой крыше здания расположено четыре стационарных пневматических винтовки, по четырём сторонам света. Внутри не была, но думаю, для тебя будет плёвой задачей ворваться туда и убить всех.
– Проводишь меня и посмотрим, – произнёс Арким. – Где Напо и Флори?
Наполеон попросил называть себя покороче, так как ему хотелось чего-то нового в образе, ведь он был одарён Бездной совершенно новой жизнью. Прежде чем Арким вырубился на получение вознаграждения, Наполеон поделился с ним по секрету, что Бездна обещала вознаградить его неким металлическим скелетом для пущей живучести, а также существенно увеличенной физической силой.
Арким знал, зачем Она это делает. Она увидела в нём потенциально перспективного боевого адепта, работа которого будет связана преимущественно с силовым решением Её личных проблем в различных мирах.
Таргус Силенций Виридиан тоже, насколько он помнил, получал последовательную ферритизацию своего скелета металлом Бездны. Таким образом Она защищает ценных адептов от случайной смерти. Таргусу нельзя было просто так взять и пробить череп.
«Железная легионерская башка…» – с грустной ностальгической улыбкой подумал Арким.
Даже Нептаин, хороший его друг, не был так близок для него, как Таргус. Человек-то он в душе был очень хороший. Где-то глубоко в душе, в небольшом количестве. Не для всех. Точнее ни для кого.
На самом деле, это был эффект ореола [17] , не был Таргус никаким хорошим человеком. Он был яркой личностью с расшатанной психикой, которая держалась одним куском только благодаря мощнейшей воле этого выдающегося человека, принципы которого были незыблемы, а сам он был эталонным лидером и воином. Люди склонны приписывать несуществующие черты персонам, которые оказывают на них влияние. Это могло значить, что Арким больше человек, чем он сам считает.
17
Эффект ореола – также известна формулировка как Halo-effect, это такое когнитивное искажение, результат воздействия общего впечатления о чём-либо на восприятие его частных особенностей. То есть если человек внешне привлекателен, люди склонны считать, что он в целом неплохой, обязательно компанейский и добрый, а ещё умный. На деле это не всегда правда, но у физически привлекательных людей больше причин быть такими на публике, чтобы поддерживать образ. Арким, например, был впечатлён незыблемой волей и последовательностью в следовании принципам, присущим Таргусу Виридиану, поэтому он был склонен считать, что последний в целом является неплохим парнем. На деле же это социально адаптированный психопат, ставший таковым из-за проведённой над ним психокоррекции, слабо выраженного в период взаимодействия с Аркимом комплекса превосходства, привитого его родным отцом, а также личных травмирующих потерь, пережитых в относительно раннем возрасте. Подробнее об этом персонаже можно почитать в романах «Из Бездны» и «Римлянин». В последнем все его склонности проявляются в полной мере. В целом, он довольно-таки сложная личность.
А ещё у Таргуса Виридиана был клинок «Кровосос», выскакивающий из его предплечья. Арким хотел бы себе такой же, но он и так меч. Клинок, выскакивающий из клинка? Это было бы как минимум странно, хоть и оригинально.
– Что делают эти двое? – спросил Арким.
– Флорентина пошла заказывать еду, а Наполеон в своей комнате, спит вроде бы, – ответила Жанна.
– Расскажи мне, что за расклады на местности, – попросил меч, сканируя окрестности на сто метров вокруг.
Вокруг много людей, но без злого умысла: тут просто происходит некий сход на заднем дворе трактира. Люди обсуждают, как им быть дальше. Сейчас по всей бывшей империи обсуждают, как им быть дальше.
Жанна поведала, что Лангедокскую свободную республику уже объявили, из местных представителей предыдущей власти никто на выборах не прошёл, сейчас заканчивается подсчёт голосов и скоро станет ясно, кого выберут президентом, что ознаменует окончание правления и существования Совета Сопротивления, сформированного пару недель назад.
Проблем с провиантом в Лангедок-Руссильоне возникнуть не может, даже более того, в настоящий момент они могут поиметь конкурентное преимущество перед остальными регионами: если умудрятся не развалить латифундии, что есть обширные сельско-хозяйственные индустрии, то могут наладить экспорт зерна, масла и вина. С промышленностью тут тоже неплохо, имеются десятки заводов, на которых только и надо, что поставить толковое руководство, договориться с поставщиками сырья, обеспечить достойные условия труда и продолжать давать продукт.
Идеально было бы поставить работать кого-то из предыдущих администраторов, но это не представляется возможным на большинстве заводов, так как во время восстания администрацию убивали вместе с владельцами-фабрикантами и прочими благородиями.
Кризис управляющих был ожидаем Аркимом, но здесь он будет решён довольно быстро, так как большая часть населения является рабочими, им намного легче освоить управление промышленными предприятиями, чем крестьянам. В России, после революции, новое руководство столкнулось с дефицитом компетентных кадров в основном потому, что примерно 800 человек на 1000 населения являлись крестьянами. Соответственно, с грамотностью было очень плохо, а рабочие, как правило, умеют как минимум читать, потому что станки, разработанные адептами Порядка, существенно отличались от того, с чем рабочие имели дело до этого. Из позитивных моментов появления адептов Порядка было и то, что при каждом заводе в обязательном порядке создавались курсы грамотности и они работали последние лет тридцать пять, что привело к устойчивому росту грамотности. Именно по этой причине «Капитал» Маркса, творчески переработанный и дополненный Аркимом, который внёс туда десяток глав с очень точными прогнозами будущего, нашёл ошеломительной силы отклик в рабочей среде. Ведь они в большинстве смогли его прочитать и понять написанное.