– Дядя Натан? – предположил он.

– Это нехороший человек, – покачала головой. – Ты говорил, что прошлая Эмили была плохой? Так вот он тоже нехороший. Только притворяется лучше.

– Он меня никогда не обижал, – не согласился Эндрю.

– Потому что ты ему не мешаешь. Веришь ты мне или нет по его поводу – нас рассудит время, – усмехнулась. – Но давай не о нём, а о том, что у Кати останется её старший брат.

– Но что я могу? – растерялся.

– Быть рядом. Тебе ли не знать, как одиноко может быть детям, когда у них так мало тех, кому они дороги и когда взрослые не всегда умеют выражать свою привязанность к ним, – улыбнулась, протягивая девочку ближе к нему. – Посмотри на неё.

– У неё такие же глаза как у меня.

– Но сейчас она спит, – протянула с намёком, что неплохо бы и рассказать, когда же он её видел.

– Я прокрадывался в детскую, когда старой Дорис не было. Кормилица не прогоняет, – признался Эндрю, пожимая плечами.

– Так вот как зовут эту противную няньку, – фыркнула. – А то мне она не представлялась, а приходится как-то изловчаться, чтобы не вызывать подозрений о своём положении.

– Почему? – спросил мальчик. – Почему просто не рассказать? Мне кажется, большинство бы обрадовалось её смерти.

– Может и так, – скривилась. – Только не все мне поверят так легко, как это сделал ты. И потом, кто его знает? Быть может, меня сочтут сумасшедшей? Или ведьмой и отправят на костёр? Да и в таком случае я не имею никаких прав на Катю. А этого я боюсь, мне не пережить.

Он посмотрел на сестру с лёгкой завистью.

– Ты не знал своей матери? – вырвалось у меня прежде, чем успела об этом подумать.

– Она умерла в родах, – пожал Эндрю худенькими плечиками.

Вообще я заметила, что это его любимый жест.

– Мне жаль, – о как много мне хотелось сделать, вместо этих пустых безликих слов.

Обнять его! Ласково потрепать по волосам. Утешить. Но он бы не принял такой жест от меня. К тому же, придя сюда, изначально рассчитывала совсем на другой тон беседы. Не такой взрослый. Но мальчик удивил меня. И чего уж там. Покорил. Своей серьёзностью, отношением к жизни. Это одновременно наполняло меня гордостью за него и тоской, что ему пришлось так рано повзрослеть.

И покорить сердце этого юного воина будет ой как не просто. Обычными словами и клятвами тут не поможешь. Нужны поступки. И время. Он только кивнул, а я снова сменила тему, чтобы, наконец, заговорить о том, без чего, боюсь, не выживу.

– Я хочу попросить тебя о помощи, Андрей, – обратилась к нему, больше не улыбаясь.

Он вопросительно поднял бровь, не понимая, что могло мне понадобиться от него.

– Прошу рассказать мне об этом мире. И об этом замке. Его обитателях. О том, что тут происходит. Не представляешь, какую услугу окажешь мне, если будешь откровенен.

– … всё, что произошло до этого, стало историей, а всё, что произойдёт после этого – историей станет.

– Хорошо хоть будущую историю писать именно мне.

– Вы на редкость задумчивы, леди Эмили, – голос мужа отвлёк меня от размышлений.

– О, дорогой супруг, – проговорила, стараясь выдавить из себя улыбку, что сейчас сделать было невероятно сложно, учитывая то, что узнала. – Я просто вспоминаю сегодняшний день, проведённый с нашей дочерью.

– Мне говорили, что вы гуляли в яблоневом саду, – он вопросительно изогнул бровь, на что-то намекая. Но поняв, что я не догоняю, к чему он клонит, продолжил: – С моим сыном, леди. Вы снова общались с Эндрю, хотя обещали…

Я уже заметила, что при всех он обращается ко мне на «вы», а наедине зачастую сбивается на «ты». От чего-то сейчас это начало раздражать меня. Наверное, потому что напоминало, как далёк этот мир от моего собственного, где были условности и много, но не настолько безумные. На грани абсурда. Пусть я этого и не просила, но всё же мы – муж и жена, разве нет?

– Обещала не обижать больше вашего сына, – напомнила ему, делая акцент на слове «обижать». – Но мальчику нужна мать. На эту роль не претендую, но оказать ему женское участие? Не думаю, что это причинит ему вред.

– Что-то как-то поздно вы об этом вспомнили, – съязвил муж, не сдержав негодования.

Или обиды? Неужто тогда, в самом начале, он надеялся на что-то большее, чем то, что получил в итоге? Интересно почему? По идее, он тот, кто пришёл, убил моего прежнего супруга и насильно занял его место, соединив нас перед лицом моего же народа и местного божка, по имени Рай.

Да-да! Именно так всё и обстояло на первый взгляд. Как было на самом деле? Эндрю сие неведомо.

Он мог пересказать мне только слухи, что гуляли по замку. И поговаривали, что мой предыдущий до Кьяра супруг (а, в общем-то, Вайриз стал уже четвёртым по счёту!!!) был стар до такой степени, что ни о каком супружеском долге или о детях в этом браке и речи не шло. Что тоже наводило на размышления.