Вот что сказала графиня Карамельская:

– Крайне важно, чтобы вы сшили мне самое чарующее платье, какое сможете придумать, и доставили его в среду к началу второго бала. И пусть ваша лучшая подмастерье принесет его мне и покажет, как в нем надо держаться.

А вот что сказала леди Бланш Бланманж:

– Я просто лопну от досады, если вы не сотворите мне самое обворожительное платье, какое только бывает, чтобы я смогла его надеть в четверг на третий бал. А чтобы я видела, что оно безупречно, пусть его наденет самая изящная из мастериц, так я смогу судить об этом сама.

Старшая Мастерица всё им пообещала, и, как только дамы ушли, она бросилась к Лотте и рассказала ей обо всем.

– Мы должны думать в две головы и шить в четыре руки, чтобы успеть с ними к сроку, - сказала она.

– Я уверена, что справлюсь, - весело сказала Лотта.
– Будем шить платья по порядку. Герцогиня Зефирная получит свое платье завтра вечером, графиня Карамельская свое получит послезавтра вечером, а леди Бланш послепослезавтра, даже если мне предстоит просидеть всю ночь и вообще не сомкнуть глаз.

– Отлично, Лотта, - сказала Старшая Мастерица, - а теперь я должна подумать, какие платья мы будем шить.

– Как была бы герцогиня хороша в образе Солнечного Луча, - сказала Лотта.

– Я как раз об этом и думала, - сказала Старшая Мастерица.

– И как бы всех покорила графиня в образе Лунного Света, - сказала Лотта.

– Моя задумка точь-в-точь, - сказала Старшая Мастерица.

– А в образе Радуги леди Бланш была бы просто восхитительна.

– Да ты перехватываешь мои мысли, - сказала Старшая Мастерица.
– А теперь берись за выкройки, раскрои и шей.

Лотта раскроила все три платья и засела за первое, сверкающий золотой наряд, который будет играть и лучиться, как солнечный свет, когда та, кто его наденет, начнет танцевать. День и ночь просидела она за работой и не видела, как встречали молодого короля во дворце. А во вторник за час до открытия первого бала сверкающее платье было готово.

– Из дворца послали карету за платьем, - сказала Старшая Мастерица, - и одна из девушек должна его надеть и показать, как оно сидит, прежде чем герцогиня наденет его сама. Но кого мне послать? Ведь по талии оно всего девятнадцать с половиной дюймов.

– Это как раз мой размер, мадам, - сказала Лотта.

– Это прямо везение, Лотта! Быстро влезай в него и отправляйся.

И вот Лотта надела ослепительное платье, золотые бальные туфельки и маленькую золотую корону, вспыхивающую искорками света. Сверху она накинула свой старенький черный плащ и побежала к королевскому экипажу, ожидавшему ее. Кучер щелкнул кнутом, и они покатили. Когда они прибыли во дворец, ливрейный Лакей, шедший через зал, проводил Лотту в маленькую приемную.

– Вам придется подождать здесь, - сказал он, - пока герцогиня не будет готова и не позовет Вас в соседнюю комнату. Когда она будет готова, она позвонит в колокольчик. В каком Вы очаровательном платье, похоже, под Вашим плащом!

– Это платье для герцогини, - сказала Лотта, - в котором она должна покорить молодого короля. Хотите взглянуть?

– Да, очень, - сказал Лакей.

Лотта сбросила черный плащ и выступила, как солнце из-за тучи.

– Вот!
– сказала она.
– Правда, красиво? Вы думаете, король устоит и откажется танцевать с герцогиней, если она будет в таком платье?

– Никогда, я уверен!
– сказал Лакей.

И с изящным поклоном добавил:

– Герцогиня, могу я просить о чести потанцевать с вами?

– О, ваше величество!
– засмеялась Лотта.
– Это честь для меня.

Лакей обнял Лотту за талию и стал танцевать с ней, и, только он начал говорить ей, что ее волосы золотистее солнечных лучей, как зазвенел колокольчик, и Лотте пришлось идти.

Герцогиня была в восторге от платья, а после того как Лотта показала ей, как в нем садиться и вставать, ступать и танцевать, герцогиня облачилась в него и выплыла в бальный зал.

Лотта, закутываясь в свой старый плащ, услыхала, как в зале разразились аплодисментами, когда появилась блестящая маленькая герцогиня.

"Ну, - подумала Лотта, - перед ней король не устоит". И она побежала домой, шить платье Лунного Света.

Всю ночь и весь день она шила серебристое, облегающее, как перчатка, платье и справилась с работой как раз в тот момент, когда королевская карета остановилась у двери. Как и в тот раз, она натянула платье, завернулась в плащ и укатила, и, как и в тот раз, молодой Лакей проводил ее в приемную и просил подождать.

– Что произошло вчера на балу?
– спросила Лотта.