– Please, bring us two cocktails3, - перешла на английский упертая Лариса, хотя юноша уже и так все понял.

– Uno minuto, signore4, - склонил голову официант и тут же умчался выполнять распоряжение хозяйки.

– Какой милашка...
– глядя ему вслед, отметила Алла и перевела на подругу смеющийся взгляд.
– Может, при случае пригреть его на своей пышной груди?

– Пригрей, если хочется, - в тон ей ответила Лара.

– А тебе не хочется?

– Пока нет, но в будущем не исключено.

Полуприкрыв глаза, подруги из-под ресниц лениво-оценивающе смотрели на сбегающего по ступенькам Паоло, ловко держащего в руках поднос с коктейлями и умудрившегося на бегу не расплескать ни капли. Поставив стаканы на столик, официант замер рядом, ожидая распоряжений. Кивком отпустив его, Лариса взяла бокал и задумчиво поболтала в руке, звеня льдинками.

– Хорош!
– провожая взглядом стройную фигуру в белой рубашке, мечтательно улыбнулась Алла. Выдернув соломинку, она отбросила её на столик, взяла свой стакан и в несколько глотков осушила его. Отставив пустой бокал, пожаловалась: - Уф, жарко... Коктейль сладкий, от него пить ещё больше хочется.

– Сказать Паоло, чтобы принес сок или минералку?
– спросила хозяйка дома.

– Попозже. Мне вредно столько жидкости, а то ещё больше прибавлю в весе.

– Да брось, мать! Ты чем толще, тем красивее.

– Спасибо за лесть, подруга.

– Кушай на здоровье, - отозвалась Лариса любимой Аллиной фразой.

– Как же Казанова позволил, чтобы рядом с тобой крутился столь симпатичный итальяшка?

– Игорь не вмешивается, какую обслугу нанимать.

– Симпатичный экземплярчик подобрала, старушка. Против такого красавчика трудно устоять. Хотя сейчас я вся в любви, но от старых привычек отказаться нелегко. Ты ведь тоже дамочка любвеобильная, вся в меня. А что Казанова? Неужели ни чуточки не опасается за твою моральную устойчивость?

– Нет, и в мыслях ничего такого не держит. Когда он купил эту виллу, я как-то раз решила его подразнить. Сказала, что заведу себе любовника-итальянца, шофера или садовника, а Игорь вначале насторожился, а потом заявил, что это совсем не в моем стиле.

– Плохо ж Казанова знает бабскую натуру, - усмехнулась Алла.
– Такой многоопытный ловелас и такой наивняк. А ты всю свою обслугу по экстерьеру подбирала?

– Ага, - рассмеялась Лариса.
– Ты же сама говорила, что у итальяшек гормоны поактивнее, чем у наших мужиков.

– Значит, заранее озаботилась, чтобы свято место не пустовало, если вдруг останешься тут без постоянного любовника?

– А почему бы и нет?

– Верно мыслишь, дорогая. Тогда я Паоло трогать не буду. Среди твоей обслуги есть не менее привлекательные особи.

– А тебе Виктора уже мало?
– беззлобно поддела её Лара.

– Горбатую блядь лишь могилой исправлять, - усмехнулась верная боевая подруга.

– Значит, итальяшка для тела, а Виктор для души?

– И для тела тоже, - заверила та.
– Этого дела слишком много не бывает. Чем больше секса, тем больше у бабы блеска в глазах, и тем она красивее. Гормоны внутрь очень способствуют повышению женской привлекательности. К тому же, хороший секс - отличный способ похудеть, получше всех диет.

Лариса недоверчиво покосилась на подругу - дурачится, как всегда? Только что Алка говорила о любви, неужели это было минутное настроение? Ее называют "Казановой в юбке" - ни одного симпатягу не пропустит мимо своей койки. Хоть и влюблена в Виктора, но, как она сама говорит, от старых привычек отказаться нелегко.

– Ты правильно подумала, дорогая.
– Верная боевая подруга будто подслушала её мысли.
– Самая уважительная причина для измены - настоящая любовь. Секс не любят только те, кто им не занимается. В чужой постели всегда лучше спится. Потому надо пользоваться тем, чем одарила нас природа, и постараться перетрахать если уж не всех мужиков на свете, то хотя бы девяносто девять процентов, - с самым серьезным видом произнесла Алла, но, не выдержав, рассмеялась.
– Да нет, мать, это я просто от нечего делать язык об зубы стираю. Витюшу я пламенно люблю, и пока блядство во мне не играет. Временно или нет, не знаю, там видно будет.

– А как же Николай?

– С ним мне тоже хорошо, но он ведь остался в России.

– А если бы и Коля был здесь?

– Тогда бы я трудилась на сексуальной ниве в две смены - днем с одним, а ночью с другим. Или наоборот. Или как получится. Или с обоими сразу.

– Ну, это ты уж загнула, подруга, - не поверила Лариса.

– Загнула, - весело согласилась Алла.
– Никакого мне резона лишать моих любовников иллюзий. За утраченные иллюзии порой приходится расплачиваться действительностью. Пусть по-прежнему каждый из них пребывает в уверенности, что он у меня единственный. А то, не дай, Господи, перестреляют друг друга. А заодно пристрелят и меня, чтоб никому не досталась. Честно тебе признаюсь, подруга, подустала я от стрельбы и убийств. Хочется спокойной старости, а то, боюсь, старость придет ко мне слишком поздно, - когда уже не будет сил. А ведь старость бывает только единожды, и нужно к ней достойно подготовиться.

– Про старость ты, конечно, кокетничаешь и хохмишь, а насчет того, что хватит уж тебе играть в опасные игры, - ты, дорогая, права. Рада, что тебе наконец-то захотелось спокойной жизни.

Алла промолчала, не считая нужным её просвещать. Любительница рискованных авантюр, верная боевая подруга всегда с легкостью встревала в любую ситуацию, если это сулило ей острые ощущения или кто-то из её многочисленных друзей и подруг нуждался в помощи. Лидия Петровна Карелина, их общий психиатр, просила оберегать впечатлительную Ларису от волнений, и та не знала о многих делах, которыми занималась подруга. Сейчас выдалось спокойное время, её фирма и в отсутствии начальницы работает без сбоев, и Алла могла себе позволить пару недель понежиться на вилле подруги. В Москве отдыхать не придется.