– Ларочка, давно хотел спросить... Что у тебя с Мироном?

– Господи Боже, ну почему всех так интересуют мои отношения с Мироном?!
– вздохнула Лариса.
– Да нет у меня с ним никаких дел! Он - моя и Аллина "крыша". Устраивает такой ответ?

– Нет, - серьезно ответил Виталий.

О том, что Слава Миронов защищает Ларису и Аллу, сыщик и так знал, но понимал, что тут нечто большее, чем просто "крыша".

– А что бы ты хотел услышать?
– устало спросила Лара. Этот разговор был ей неприятен.

– Правду, а не официальную версию.

– Ты имеешь ввиду - сплю ли я с ним?
– усмехнулась она. Почему-то это интересует всех. Игорь тоже пытал её на эту тему.
– Нет, я со Славой не сплю. Его любовница Алла.

– Я не то имел ввиду. И в мыслях не держал, что у тебя с ним что-то может быть. Я достаточно хорошо тебя узнал, хотя мы не так давно вместе. Ты бы никогда не стала любовницей бандитского главаря.

– И на том спасибо, - хмуро бросила Лара.

– Вижу, что обидел тебя. Прости, не хотел.

Лариса молчала. В воздухе повисла напряженность. Виталий решил сгладить ситуацию.

– Не расценивай мои расспросы как попытку влезть в твою личную жизнь.

– Моя личная жизнь вне наших отношений тебя не касается, - отрезала она.

– По-моему, мы ссоримся. Или я не прав?
– попытался он смягчить её.

У неё не было никакого желания выяснять отношения, нарастало глухое раздражение. Ну чего он к ней привязался?! Видит же, что она не расположена к разговорам, а тем более, на такую тему. Зачем же лезть, когда тебя не просят?!

Лариса Николаевна Ивлева вообще не любила откровенничать с мужчинами о своей личной жизни и своих проблемах. "Меня не касается твоя жизнь, но и ты оставь в покое мою жизнь", - вот так она строила свои отношения с любовниками.

Единственный мужчина, которому она рассказала о себе многое, но тоже не все, - Игорь, но он вне конкуренции.

Казанова - это Казанова, не только непревзойденный любовник, но и человек, который очень много значит в её жизни и действительно любит её.

Виталик влюблен, но влюбленность и любовь - разные вещи. Да, сыщик ей нравится, да, он в её вкусе, но пусть лучше не лезет ей в душу, иначе все испортит.

Игорь никогда не приставал к ней с расспросами. Когда Лариса порой была откровенна с ним, порциями выдавая информацию о своем прошлом, - он всегда понимал её правильно. Ни разу она не пожалела о своей откровенности. Даже о Мироне рассказала, и реакция Игоря её не разочаровала. Казанова настоящий мужчина. Безумно ревнив, но умеет обуздывать свои чувства и с пониманием относится к её прошлому.

Виталик попроще. Сейчас, глядя на него, Лариса вдруг подумала, что он расспрашивает её неспроста. Он же частный детектив, а Мирон - криминальный авторитет. Может быть, любовнику всего лишь нужна информация о бандитском главаре?

Сыщик - это не профессия, это черта характера. Виталик сам признавался, что в работе для него важен азарт, кураж. Может быть, сейчас он ведет расследование, связанное с Мироном? В таком случае, сыщик не получит от неё никакой информации. Еще чего не хватало!
– стучать на Славу Миронова, который для неё не просто "крыша" и партнер по преферансу, а настоящий друг и защитник.

– Милая, я не умею ссориться и выяснять отношения, - вклинился в её размышления голос любовника.
– Прежде в подобных случаях я просто уходил.

– Ну и уходи, - почти враждебно отпарировала Лара.
– Как говорит в таких случаях Алла, - не нравится - не ешь.

– А мне нравится, и я съем.

Уверенным жестом обняв её правой рукой, он притянул к себе. Садовое кольцо, как всегда, было забито, на ходу не до нежностей. Виталий быстро перестроился в правый ряд и, притормозив у бровки тротуара, повернулся к ней:

– Ларочка, твои дымчато-зеленые глаза превратились в настоящие льдинки. Не злись. Я впервые вижу тебя такой.

– Ты ещё плохо меня знаешь, - холодным тоном отрезала она.

– Догадываюсь, - Виталик попытался улыбкой успокоить её.
– Ты, как всегда, неожиданна. Но такой ты мне ещё больше нравишься, хотя сердце стынет от твоего ледяного тона.

Но ни его слова, ни улыбка не растопили лед в её глазах. Лариса напряженно молчала, чуть прищурившись и не отводя взгляда. Другой бы на месте Виталия давно оставил свои попытки, но не он.

– Наверное, я что-то не понимаю. Может быть, ты все же объяснишь?

– Не буду я ничего объяснять.

Опять она отгородилась от него: "Ты сам по себе, а я сама по себе. Пусть мы только что лежали в постели, но это ничего не значит".