В первый же день осенних каникул Митя и Аня прибежали навестить Ворчуна. Он ждал их, сидя на краю дупла.

– Здорово! – закричал он, ловко спрыгивая в кучу сухой листвы. – Давненько не заглядывали. Как там моя внученька Вреднюченька поживает? Почему с вами не пришла?

– Вреднючка лечит Пузатика от насморка. Оклеила его поверх рубашки горчичниками и парит ему ножки в кипятке.

– А Пузатик, наверное, кричит? – покачал головой Ворчун.

– Не слишком-то покричишь. Она ему рот забинтовала. «Это, говорит, – чтобы ты не спорил со своим лечащим врачом!»

Ворчун, улыбаясь, поглаживал длинную седую бороду:

– А как Хлопотун?

Митя и Аня переглянулись и засмеялись:

– Хлопотун ударился в бизнес. Бегает по квартире и требует с тараканов плату за проживание. Но тараканы не платят. Хлопотун дважды принимался их выселять, а они всё равно возвращаются.

Неожиданно Ворчун вскочил, погрозил кому-то кулаком и закричал:

– А ну лети отсюда! Сколько тебе повторять, чтобы малышей не обижала! Дождёшься у меня!

Митя и Аня оглянулись и увидели большую ворону, гонявшуюся за парой желтогрудых синичек. Услышав крик Ворчуна, ворона уселась на ветку и как ни в чём не бывало принялась чистить перья.

– Вредная птица, но умная, – весело сказал Ворчун.

Над лесом пронёсся порыв ветра. Деревья зашумели и закачали ветвями. Ворчун прислушался и помрачнел:

– Деревья говорят, кто-то ломает орешник. Я должен спешить на выручку.

– Мы с тобой! – вызвались Митя и Аня.

– Только не отставайте!

Ворчун громадными прыжками понёсся по лесу. Он намного опередил ребят, хотя те бежали быстро. Вскоре стал слышен противный визг пилы, доносившийся с опушки леса. Митя и Аня осторожно выглянули из-за толстого ствола старой берёзы. Дворник Михеев, в общипанной ушанке и рваной телогрейке, пилил орешник.

– Хорошая метла будет, чтоб я грибами объелся! – бормотал Михеев.

Рядом с ним лежал уже ворох ветвей, но Михеев всё не унимался. Похоже, решил запастись мётлами на всю оставшуюся жизнь.

Неожиданно Михееву почудился тоненький голосок:

– Почто дерево губишь? Что оно тебе, тщедушное, сделало?

Дворник резко обернулся, но никого не увидел.

– Ишь ты! Померещилось! – Дворник взялся за пилу.

– Почто дерево губишь? Не совестно тебе? – раздался тот же голосок. Дворник разглядел среди пёстрой опавшей листвы крошечного бородатенького старичка, похожего на шишечку.

– У, рублики-бублики! Пешечки-шашечки! – выдохнул дворник, сдвигая шапку на затылок и потирая лоб красной ручищей.

Кого только Михеев не видел за долгие годы увлечения спиртными напитками – и чёртиков, и зелёных слоников, а недавно так и летающего крокодила! Разумеется, после всех этих ужасов маленький человек-шишка уже не мог его напугать.

– Посмотри, что ты сотворил! Одно деревце совсем загубил, у двух верхушки сломал! Ах орешник, ты мой орешник! – проговорил Ворчун срывающимся от волнения голосом.

Михеев затряс головой, прогоняя наваждение, что-то промычал и вновь принялся терзать деревце. Он решил: если ему мерещится человечек, это ещё не повод перестать делать метлу.

Ворчун подскочил к дворнику, схватил за штанину и попытался оттащить от орешника. Но разве мог маленький леший совладать с Михеевым, который был намного больше его самого? Дворник дёрнул ногой и отбросил Ворчуна метров на пять.

– Сейчас я тебе покажу, как мне мерещиться, шишка ты этакая! – И он стал надвигаться на Ворчуна, держа метлу как копьё.

Митя и Аня замерли. Что будет с Ворчуном? Они хотели бежать ему на помощь, но тут… Леший Ворчун закружился на месте и произнёс волшебное заклинание:

Тотчас метла стала вырываться из рук дворника:

– Эй, метёлка, ты куда? Постой!

Но метла уже не слушалась своего хозяина. Она стремительно взмыла над лесом. Дворник не успел её вовремя отпустить и взлетел вместе с ней, смешно болтая ногами. Он вцепился в метлу обеими руками и со страхом поглядывал вниз, на лес. Не каждая птица поднималась в небо так высоко, как взвился на метле наш знакомый дворник.

– У, Яшкин кот! – испуганно забормотал Михеев, сжимая побелевшими от напряжения пальцами метлу. – Снимите меня, или я всех вас расчихвостю!

Руки у дворника устали и стали разжиматься. Ещё немного, и он бы сорвался вниз с невероятной высоты, но Михеев не растерялся. Он ухватился за метлу ногами, подтянулся и взобрался на палку верхом. Теперь падение уже не грозило дворнику, и он уверенно летел над лесом на метле.

Но его метла оказалась своенравна и с характером. Она взбрыкнула и поднялась на дыбы.