Громкие улицы родного Нью-Йорка заполнялись гудящей пустотой ожидаемого чуда, и да, почему бы ему не произойти, если Дастер Браз в динамиках приемника его Эскалэйда накрутил на свои роскошные локоны очередную “бигудяшку” Дежейн. Последнее время преподносило начальнику убойного отдела сплошные висяки из розыгрышей бомжей, что стараясь подражать более обеспеченным слоям, загоняли себя в интригу игр на подобии кругов ада Данте Алигьери. Несколько с черепно-мозговыми, виновен сосед по приюту; передоз шлюхи с Мэдисон авеню, что решила свести счеты с жизнью как раз перед свиданием со своим возлюбленным и поддалась желанию поиграть с боссом одного из синдикатов в русскую рулетку, да и неумеха морячок, что списавшись со своего судна “Бедовая Молли” ввязался в интрижку со своим другом геем, не рассчитав что тот давно женат. Вот и все последние остатки великого некогда города по противодействию разгулу преступности. “На мой век хватит”,– убеждал себя Нэс, отторгая помощь Пегги в розыске подозреваемых, возможно тем и отверг некогда неплохого помощника санитарного инспектора.

Проверив тротуар на наличие жуков или личинок, осторожный во всем кроме воздействия средств масс-медиа на его хрупкую структуру восприятия, Нэс Хойна подошел к лестнице, ведущей его в “небеса”. Прокручивая заезженную мелодию Push me Earth, он входил в очередное чистилище ушедшего ангела смерти, что не оставляя следов на Земле, с изобилием окроплял данным придатком человечества освободившиеся от порции лучших диетических изысков в плотном рационе изголодавшегося по телу трудяги руки. Лента оцепления оставалась позади, как и несколько этажей по прямоугольной лестнице, шедевра эпохи истинных арийцев, что не заботясь о сохранении мира на земле, утрамбовано приглядывали за его физическим состоянием.

– Ну, что тут у вас.– приобнимая Дежейн за ее скромную талию, высматривал с плеча подчиненной своего нового пасынка детектив. Сигарета марки “Убийство” как всегда нарочито поджигалась без ее участия.

Вдыхая привычный дымок ожесточенного спокойствия Нэса, его коллега начала пролистывать свой Айпад. Медики уже наследили и только благодаря упорству своего тела, Дежейн смогла отстоять необходимый материал для восприятия Нэсом картины случившегося.

– Покойник мертв, благодаря двойному проникновению в череп жертвы заостренного трезубца.– вслух делился своими записями криминалист Синни Фал, что за время своей службы в городской полиции Нью-Йорка успел заработать себе репутацию бедолаги, но не лоха.

– Твою мать, Синни, по твоему нам следует искать Русалочку. Так я списываю это дело в обыкновенную рядовуху и виновным окажется отец.– сгибаясь над телом покойника, вникал в суть происходящего детектив Нэс Хойна. Несколько кровоподтеков на задней стороне черепа жертвы успели покрыться багровым румянцем.

– Не торопись с выводами Нэс.– серьезным голосом заметила Дежейн.– Наша жертва не обыкновенный терпила, что будет спускать воду в толчке при опущенном забрале, а настоящий бухгалтер в компании “Топик и Проводила”.– сверяясь с данными, обнажала личину покойного Чада Бэйли, детектив Дежейн Томпсон.

Осмотрев место преступления и дав свое согласие на проведение более детальной экспертизы в пригодном для “потрошителей” месте, Нэс Хойна дал свое согласие на отсылку Синни Фала в участок.

– Только смотри, не напои его водичкой.– следуя в туалет по адресу Джефферсон стрит 72, квартира 98 стряхивал свой пепел его давний соглядатай. Сделав свое мокрое дело и погасив окурок в раковине, Нэс осмотрелся и пришел в замешательство. Прощальный подарок Пегги Ли покрылся ароматами рядового костюма, обстоятельство то что данный элемент гардероба он стащил из комода ее нового сожителя и был подогнан по размерам на его не маленькую тушку, заставляло Нэса не долго колебаться, прежде чем избавиться от этикетки Дольче.

– С кем он проживал и почему в уборной истошный запах порохового заряда.– серьезным голосом заметил он задержавшейся на выходе Дежейн. Она только развела руки в стороны, офицеры что прибыли с ней на место преступления не покидали обозначенную область и не могли забить “стрельбище” прямо на месте расправы.

То что в их полицейском участке, да и во всем управлении происходит смена кадров и новички зачастую балуются подотчетными патронами, забивая их дешевой марихуаной и вставляя в обойму как холостой выстрел на стрельбище, выбивало из седла даже бывалых служак. Но в квартире Чада пахло настоящим порохом, то что Дежейн продолжила рассказывать обстоятельства случившегося только раззодоривало ее начальника. Пропуская сухие данные из “заоблачного” хранилища ее планшета, он продолжил осмотр квартиры жертвы, следуя своему протоколу, Нэс уже решил навестить маму в больнице и минуя аптеку ехать прямо домой.

– Что с орудием преступления,– поднимая очередную кипу документов в лэптопе Чада, прерывал сонное мычание своей коллеги детектив.

– Ждем заключения Синни, перерывать всю его коллекцию утвари нет желания ни у кого из оставшихся,– подмигнув дежурившему у дверей офицеру, выносила вердикт своей совести Дежейн. Это означало, что явных признаков преступления на оставшихся после пьянки инструментах не было. С фотографий на него смотрел улыбчивый одиночка.

– Выясни с кем спал этот бедолага и пошли одного из наших “разрядников” в контору Чада.– понимая, что ловить тут больше нечего, оставлял свое согласие на консервацию аппартаментов жертвы Нэс.

– Ты меня не услышал,– окликнула его Дежейн,– его контора базируется на Уолл-стрит, если для тебя это еще что-то значит. Тот лишь показал ей знаком телефон из пальцев, продолжая движение Нэс раскуривал очередную пустышку из пачки, судьба Чада Бэйли была на столе криминалистов, а про будущих заключенных в костюмах от вожделенной четы, он и вовсе знать не хотел.

Заехав по пути домой в госпиталь Святого Антония и убедившись в крепком сне его матери, Нэс обмолвился несколькими словами с медицинской сестрой и прихватив с собой пузырек Пирилиума, что лечащий врач выписал новой пациентке от рассеянности сознания, направился по ночному Нью-Йорку в родной Квинс.