– О, это подарок друзей…

На этом наша беседа закончилась. Следующий час Мира работала над моими волосами, чтобы из черного сделать их синими.

Я специально не смотрела в зеркало. Перемены во внешности случились со мной впервые. Я решила, что лучше увидеть все разом и посмотреть на конечный результат.

– Ну что Вы? Давно можно смотреть! – произнесла Мира, видя, как я держу глаза закрытыми.

И я открыла их.

И я не узнала себя.

Поменялся всего лишь цвет волос. А было ощущение, что я поменялась вся я. До самых кончиков пальцев.

Синий цвет определенно мне шел. Мира действительно постаралась – сделала цвет глубоким, добавив бирюзовые и зеленые, почти незаметные, переливы. Мне кажется, я стала похожа на русалку. Мои карие глаза удивительно сочетались с новым цветом волос. Именно поэтому я решила пока не менять цвет глаз.

– Моя аура! Верона, ты ли это?

Злата вернулась быстро. В руках у нее был стакан с апельсиновым кофе. Выражение «Моя аура!» она произносила только при полном восторге. Что ж, я и сама находилась в восторге.

Она обняла меня и поцеловала в щеку. Затем обняла Миру:

– Она стала такой прекрасной! Мира, ты лучший мастер!

Я еще раз взглянула в зеркало. Отражение мне очень нравилось. Но все равно я очень смущалась, отчего щеки горели румянцем. Мариус, держись у меня завтра!

Из салона я выходила уже твердой и уверенной походкой. Синие волосы развевались, а неоновые розы на сумочке распустились. Вниз, сквозь стеклянный тротуар, я больше не смотрела.

Утро моего восемнадцатилетия было бы совсем обычным, если бы не Флинн. Дворецкий-голограмма решил меня порадовать и принес малиновый кофе и булочку со вкусом сливочного пива прямо к моей кровати. Думаете, странное сочетание? Незнаю, я это сочетание вкусов очень сильно люблю, а Флинн просто об этом знает.

Часом позже, когда я позавтракала, в мои покои вломился любимый папа.

– Где моя принцесса? – радостно завопил он и протянул ко мне руки.

Если бы его сейчас увидели жители Константа, ни за что бы в нем не признали премьер-министра страны. Когда его видишь на экранах, и он произносит речь – это строгий, суровый, неприступный мужчина с бременем власти. У него черные волосы, а на лице нет морщин. Ему уже сорок восемь, но наш семейный доктор говорит, что физическое здоровье папы на все двадцать пять. Прибавьте еще к этому салоны красоты, где каждые полгода папа омолаживает кожу, как и все приличные мужчины. Иногда девушки двадцати лет принимают его за своего ровесника и пытаются его обаять. В общем, Злата хотя и попрекает его некоторое занудство, которое имеется у любого родителя, но все же считает его крайне привлекательным.

Я с радостью окунулась в объятия папы.

Мой папочка, как я тебя люблю!

– Моя синеволосая принцесса, – сказал он, – сегодня тебе уже восемнадцать. А я помню тебя совсем малышкой! Знаешь, ты взяла лучшее от нас с мамой. Она бы сейчас тобою сильно гордилась!

Мама умерла, когда мне было два года. К сожалению, я ее совсем не запомнила. На портрете, висящем у нас в гостиной – она безумно красивая. Как рассказал мне папа, маму сразила неизвестная болезнь после поездки в зону «Дельта». Она была настоящим исследователем и занималась археологией. Болезнь ее убила в течении недели.

– Пап…

– Что?

– Ты ее любишь еще?

Папа замолчал.

Кошмар, какая я дура! Напомнила ему о самом больном! Стараясь исправить положение, я перевела тему:

– А что насчет подарка?

Папа ухмыльнулся и ответил:

– Уже можешь идти в ателье и выбирать.

На день рождение папа пообещал мне платье от самой Каролины. Она была самым известным дизайнером в мире. Что-то заказать у нее было невозможно даже для моего папы. Можно только прийти выбрать из того, что готово. Как говорит сама Каролина: «Я создаю то, что нравится мне, а не людям. Это порывы моей души». Тренд неоновых роз ввела тоже она.

У меня будет платье от самой Каролины. С ума сойти. Даже у Златы его нет, потому что цены Каролина выставляет баснословные.

Чмокнув папу в щеку, я быстро отправила голографическое сообщение Злате: «Встречаемся у ателье!». Не успела я надеть туфли, пришел ответ и возле стены высветилась Злата со словами: «С днем рождения! Через полчаса буду».

Со всех ног несусь к выходу из дома. Снова прохожу через Флинна и слышу его коронную фразу:

– Воспитанные девушки так себя не ведут!