Он выслушал молча, повисла небольшая пауза. Бедняга, соображает, как бы так вывернуться без больших потерь.

— Ава, господи, разве такие вещи обсуждаются по телефону? К чему принимать решения сгоряча? Тем более это всё большое недоразумение. Мы с тобой взрослые люди, можем всё спокойно обговорить и решить проблему. Ты на работе? Милая, давай я сейчас заеду, заберу тебя домой, и мы всё обсудим? — произносит он мягко, словно разговаривает с ребёнком. — Я буду через десять минут!

— Нет! — я больше не позволю ему управлять ситуацией. — Через два часа, будь добр, жди меня в кафе «Опера». А сейчас я занята! — бросила я трубку. Но через минуту схватила её снова. …Этот номер я ещё ни разу не набирала. Адвокат моей бабки, герцогини Маргарет Графтон.

— Мистер Монтегрю? Вас беспокоит Эвелин Спенсер, я внучка…

— Я в курсе, кто вы, миссис Спенсер, — перебивает он меня. Это мне уже не нравится. — Возникли какие-то проблемы?

— Да. Я собираюсь развестись с мужем.

— Это очень деликатная тема. Есть куча нюансов, учитывая положение вашей бабушки. Я могу подскочить к вам в издательство для личной беседы? — уточняет властный мужской голос. Зная ба, она могла нанять себе в адвокаты самого дьявола. И судя по его тону — это он и есть.

— Да. Конечно. У вас на это два часа, мистер Монтегрю.

— Мне нравится ваша решительность, миссис Спенсер. Я должен успеть, — усмехается он в трубку.

И пока я пытаюсь занять себя работой, параллельно путаясь в мыслях и эмоциях, настраиваясь на разговор с мужем, адвокат ба отставив все свои дела, примчался ко мне на всех парусах. Потому что через сорок минут, ко мне в кабинет вошел шикарный мужчина в дорогом костюме, и я не знаю что шикарнее он или его прикид вместе с чемоданчиком.

— Миссис Спенсер. Вы позволите? — да, судя по голосу это он.

— Мистер Монтегрю. Рада вас видеть. Присаживайтесь, — обмен любезностями состоялся. На вид ему лет сорок, он очень ухожен, такой себе дьявол с иголочки, и чего таить — он красив. Наверное, в зале суда половину присяжных женского пола он сражает именно своим внешним видом. Вот только меня этим не возьмёшь, особенно сейчас. Боюсь, что в ближайшее время всех мужчин я буду воспринимать как вражеских особей.

— Могу я узнать в подробностях, что же у вас произошло? — вскинулись на меня цепкие умные серые глаза.

— Классический жизненный сценарий. Мой муж мне изменяет, я лично видела его с другой женщиной. По моим убеждениям у нашей семьи больше нет шансов. Так что я хочу развод, — пожимаю я плечами, с интересом ожидая его мнения.

— Вы не из тех женщин, кто прощает измену?

— Видимо нет.

— Вы уже обсуждали это с мужем?

— Нет. Но сегодня собираюсь это сделать.

— А что если в ходе беседы ему удастся вас переубедить? Ведь вы прожили, … если память мне не изменяет, пять лет? — откуда он обо мне столько знает. — У вас, вероятно, были чувства друг другу. Многие семьи используют второй шанс, испытательный срок.

— Это не на мой характер. Никаких испытательных сроков, — решительно качаю я головой. — Я больше не желаю, чтобы этот человек прикасался ко мне, присутствовал в моей жизни и всякое такое!

— Вы прямо, как ваша бабушка. Своенравная, гордая, сильная. Вы, кстати, очень похожа на Маргарет даже внешне.

— Знаю. Так что там за нюансы такие? Могут возникнуть сложности?

— Могут, — его улыбка так же очаровательна, как и опасна. — Ваш муж в курсе вашего происхождения и возможного наследства?

— Нет.

Теперь меня оценили удивлённым взглядом.

— Хм. Очень кстати. Очень удачно. Тогда ему лучше пока об этом и не знать, чтобы потом он ни на что не мог претендовать.

— А на что он может претендовать? — я чуть не поперхнулась.

— По закону, если вы примете титул и вступите в наследство Маргарет Графтон и инициируете развод, Ирвин Спенсер будет иметь право отсудить у вас некую часть, компенсацию за эти пять лет супружеской жизни. Если ваш муж узнает о вашем положении сейчас, он может тянуть с разводом и выкручивать нам руки, требуя денег.

— Дурацкие законы!

— Согласен, — улыбается он. — Поэтому нам нужно, чтобы мистер Спенсер первым подал бумаги на развод. Тогда формально, он якобы отказывается от своей части. И желательно, чтобы он это сделал как можно скорее.

— И как же мне заставить его ускориться? — зная зловредный характер Ирвина, от моего мужа можно ожидать чего угодно, даже затяжного процесса по поводу разбитой чашки.

— Жёстко давите на его честолюбие и чувство вины. Скажите, что в его интересах, ради его карьеры, стоит оформить всё тихо и быстро. Он ведь лицо вечернего выпуска новостей, нехорошо, если поползут грязные слухи, — ехидность адвоката почти очаровательна. — Ну и не помешает продемонстрировать немного женской обиды, вдруг в нём заговорит совесть. Как только мистер Спенсер наймёт адвоката и подготовит документы — значит, мы выиграли. Ава…. Я могу так к вам обращаться?