Из ржавой тачки доносятся вопли. Красный кадиллак прогнил насквозь и скоро дожди начнет заливать салон через дыры в крыше. Появились они либо от старости, либо из-за буйного нрава прошлого водителя, помноженного на ствол двадцать второго калибра.
Крики не стихают. Девушка вопит так, что стекла начинают трескаться.
Ее никто не слышит.
Отчаяние нарастает подобно столбику термометра в салоне автомобиля. Подобно желанию парня, что сидит рядом с ней.
Перестань ерзать, сука!
Слов не слышно. Они тонут во всеобъемлющем отчаянном вопле.
Стекла запотели. Испарина, пропитанная мускусным запахом стекает по лобовому, попадает в воздуховоды и распространяется по потрохам автомобиля, пропитывая его насквозь.
Заражая.
Пробуждая ото сна.
Превращая бесполезную, бесполую железяку в пропитанную ненавистью и сексуальной неудовлетворенностью зверюгу.
Это была первая интересная мысль в голове Дага за последние несколько месяцев. Первая мысль которая действительно заставила шевелиться его мозжечок.
Девка все орала Она продолжала вопить, даже когда Даг, оставив всякие попытки снять с нее лифчик, откинулся на спинку кресла, открыл окно и закурил.
Она сидела рядом на пассажирском, умалишенно таращилась на него и, прикрывая грудь, кричала, словно была рождена для этого момента.
Конец ознакомительного фрагмента.