Лена продолжала полосовать когтями невидимую сеть, я обхватила себя руками и оцепенела. Спустя несколько секунд вокруг появились люди. Ах нет, видимо, не совсем.

Нет, внешне они вполне походили на людей. Одна голова, две руки, две ноги. Нормальный цвет кожи, в противовес слишком бледной у ларров. Выражения лиц не хищное, скорее исполненное темного удовольствия. В основном смуглые, брюнеты, высокие и худощавые, или попросту тощие, местные жители напоминали некий один народ, с явными отличительными чертами. Раскосыми глазами, в основном темно-карими, изредка коричневыми и еще реже – совсем черными. Длинными тонкими руками и пальцами. Не то чтобы аристократичными, скорее просто несоразмерными по отношению к остальному телу.

Толпа, существ под шестьдесят, если верить моему беглому подсчету, состояла из мужчин и женщин, примерно в равных пропорциях. Складывалось впечатление, что многие пришли парами – как на выставку или в цирк.

Одевались тут тоже однотипно. Мужчины – в рубашки, камзолы, брюки, сапоги. Женщины – не только в платья, как я почему-то ожидала. Некоторые носили юбки-брюки. Однако ног никто не оголял. Зато декольте выглядели как подносы с аппетитными плодами.

Было бы что показывать! Местные дамочки могли похвастаться вторым размером в лучшем случае.

Цвета здесь любили яркие. Алые, сиреневые, голубые, зеленые. Причем, как мужчины, так и женщины. От пестрой толпы рябило в глазах, от нахальных лиц и сальных глаз подташнивало. Больше всего на свете мне хотелось сейчас вновь очутиться в объятиях ларра. Что имеем, не храним, потерявши – плачем. Чувствую тут и наплачемся…

– А ну пропустите! Это моя добыча! – послышался сквозь толпу резкий оклик, напомнив мультик про Маугли. Жаль «огненного цветка» нет под рукой. Существа послушно расступились.

Нам навстречу неспешно вышел остроносый мужчина с волосами черными, как смоль, забранными в низкий пучок и необычными для местных глазами – бледно-серыми, будто выцветшими. Персиковому оттенку кожи незнакомца позавидовали бы многие земные красавицы.

Черный бархатный камзол, брюки из плотной ткани и белая шелковая рубашка не выбивались из местной моды.

Мужчина подошел, довольно ухмыльнулся и принялся разглядывать нас, как лошадей на базаре. Мда-а-а. Ларры смотрели совсем не так. Они скорее любовались, ласкали взглядом – вот именно так, ласкали.

Лена издала звук, похожий на рычание, но незнакомец словно и не заметил. Толпа загудела.

«Последние гарги тут появлялись тысячу лет назад…»

«А может это не гарги?»

«Это гарги?!»

«Посмотрите. Все сходится. Тела ящериц, крылья летучих мышей, лица красивых женщин».

«Гарги ведь ушли в какой-то другой мир?»

Шепотки и негромкие возгласы пробежались по толпе как шелест листьев в лесу и стихли почти одновременно. Наш неведомый ловец остался доволен. Взмахнул рукой, и мы опять взмыли в воздух.

Мы понеслись по улицам поселения. На первый взгляд они казались безлюдными, но вскоре стало ясно – местные опять «шифруются». Повсюду слышались шепотки, приглушенные разговоры, я почти осязаемо ощущала на себе взгляды. Сальные, любопытные и недобрые.

Мда… Называется пришли к людям. Спаслись от ларров. Тут впору ларрам нас выручать. Если, конечно, они не обиделись. Я бы на их месте точно надулась как индюк.

Девушек нашли, спасли, подобрали, а те очухались – и бежать. Э-эх… Генетическая память подвела.

Прямо как в Университете. Одногруппник-хулиган ка-ак шваркнет пенопластом по стеклу. Я шарахнулась – и чуть не сбила с ног препода.

Ладно, он оказался не обидчивым. Поставил двойку на экзамене, но на пересдаче сжалился – одарил честной пятеркой.

Пока я так размышляла, мы миновали несколько улиц и вырулили к той части поселения, что выходила на скалу. Вблизи горный склон выглядел еще более монументальным. Гладкий, полупрозрачный, как застывшая слюда, он чем-то напоминал нацеленное в небо ружье.

Дом, к которому мы стремились, выделялся сразу. Огромная приземистая постройка, состоящая из трех частей. Словно здание поделили на три небольших корпуса, с отдельными входами, под козырьками из темного стекла.

Мы прежним макаром пролетели остаток дороги и зависли над землей, пока остроносый возился с замком и распахивал двери настежь. Предусмотрительно, ничего не скажешь. Лена снова прорычала нечто вроде матерного ругательства. Я посмотрела на подругу. Она пожала плечами. Мол, ну а что? Все равно местные не поймут, так хоть эмоции выплесну наружу. Мужчина, действительно, на «комплимент» не среагировал. Вошел в темный холл здания, и мы двинулись следом.