И, как и в прошлый раз, видение начало тускнеть, рассыпаться осколками и обращаться в непроглядную тьму.

«Шанс все-таки есть», — подумал Черный Властелин за миг до того, как потерял сознание. — «Он есть»!

Пробуждение оказалось тяжким. Голова раскалывалась так, будто внутри обитали два маленьких человечка-кузнеца, решивших, что сегодня — лучший день, для удовлетворения годовой потребности родного цеха в мечах.

Тело не отставало, намекая своему хозяину на то, что тот неправ. В чем именно, Шахрион не был уверен. Вероятно, в том, что вообще родился. Каждая мышца отдавалась ноющей болью, причем о существовании некоторых из них он до сего дня и не подозревал.

— Что… что случилось? — прохрипел император, с трудом разлепляя глаза.

Грубая ошибка! Свет резанул по ним так, что захотелось взвыть, и Черный Властелин — сильнейший маг континента и непобедимый полководец, мастер подковерных интриг и тайных операций, зажмурился, чувствуя, как из глаз начинают литься слезы.

— Он пришел в себя! — раздался над ухом радостный голос и тотчас же в нос дохнул аромат духов извечной.

«Дарлионна», — подумал император, — «ну да, а кто же еще».

Он чуть-чуть приоткрыл глаза и сквозь щелки, заполненные слезами, различил смутный силуэт девушки, а рядом — еще нескольких людей.

— Мой владыка, — послышался незнакомый голос, — тебе стало плохо и благороднейшая… извечная, — тут же поправился говоривший, — остановила кортеж и послала за мной.

— Лекарь?

— Да, мой владыка.

— И что скажешь?

— Переутомление, я полагаю, — ответил его собеседник. — Тебе надлежит отворить дурную кровь и провести в постели хотя бы день…

— Что невыполнимо, — перебил его Шахрион. — Где мы?

Лекарь вздохнул, причем в этом вздохе слышался такой фатализм и такая обреченность, что император тут же понял — он не первый у него пациент, плюющий на врачебные предписания.

— В Айсре, — вместо лекаря ответила Дарлионна.

Шахрион напряг память и вспомнил небольшой городок в полумиле от имперского тракта практически на самой границе Стоградья и Саргилии.

«Стало быть, я на проклятых землях, но крики затихли. Это хорошо. Да и Тень что-то не спешит испортить настроение»… — он припомнил видение. — «Это, по всей видимости, плохо».

Пока император думал, голова слегка пришла в норму, а резь в глазах сократилась до приемлемого уровня. Шахрион со стоном поднялся и ткнул указательным пальцем в Дарлионну.

— Мне неловко просить тебя об одолжении, о извечная, но не могла бы ты проверить, не разбежалась ли моя свита? Мы скоро продолжим путь.

— Как тебе будет угодно, о Владыка, — женщина присела в глубоком реверансе.

— Вот и хорошо, еще раз благодарю за заботу, — Шахрион кивнул лекарю и вышел наружу.

Как он и предполагал, рыцари смерти, не получившие команду располагаться на ночлег, и не думали распрягать лошадей.

«Все-таки у высшей нежити есть серьезные преимущества перед живыми. Немертвые, по крайней мере, четко выполняют приказы и не занимаются самодеятельностью».

— Десять минут на сборы и выдвигаемся, — бросил он резкую команду, направляясь к своей карете, — мы и так потеряли слишком много времени из-за моего недомогания. Наверстаем его ночным переходом.

Да, это не слишком гуманно по отношению к людям и, что куда важнее, лошадям — последние в глазах Шахриона были куда важнее большей части свиты — но он действительно не мог терять время понапрасну.

Неустойчивое состояние равновесия в их с Тенью отношениях стремительно распадалось. Надвигалось нечто страшное и грандиозное одновременно, а значит, нужно как можно скорее покончить со всеми второстепенными делами и возвращаться в Черную Цитадель. Когда новые видения укажут, как надлежит поступать — а в том, что подобное произойдет, некромант больше не сомневался — действовать придется очень, очень быстро. От этого однозначно будет зависеть жизнь. А значит, старый Кар всегда должен находиться под рукой.

«Главное, чтобы Гартиан не прикончил его во время своего инспекционного полета».

Перед самым отправлением императора из Черной Цитадели, лич запросил разрешение взять старого грифона, чтобы слетать по делам на север страны и проверить качество магической защиты новых крепостей. Война с Раденией была вполне вероятной вещью, а могучему Расту Айлиэну мертвяк не доверял ни на грош. Ссориться с верховным некромантом из-за такой ерунды было бы, откровенно говоря, глупостью, а потому лично Шахрион не возражал. И теперь оставалось только надеяться, что полоумный мертвяк ничего не сделает старому другу, от мощи крыльев которого, возможно, уже в ближайшие месяцы будет зависеть будущее империи.