Шрифт:
Пожилая дама рассмеялась:
— Арчибальд — вылитый отец. Ужасающе застенчив с женщинами. Вы, вероятно, удивитесь, дорогая, но мне пришлось буквально силком тащить ныне покойного сэра Руперта к пастору. Это наделало некоторого шуму в семье, боюсь, мое поведение даже посчитали скандальным, но в противном случае, пожалуй, мне бы так и пришлось доживать век в невестах! Так Арчибальд хочет получить от меня согласие? Что ж, я его даю, и от всего сердца! Обнимите меня, дорогая, теперь вы моя дочь…
— Но… как же ваш сын!
— Пустяки, мы ему скажем, когда вернется!
Женщины упали друг другу в объятия, и несколько слезинок окончательно скрепили их союз. А потом они провели вместе два восхитительных часа, болтая немного о настоящем, чуть больше о будущем, но главным образом — о прошлом. Рут не без любопытства слушала о детстве, отрочестве и юности будущего супруга.
Войдя в гостиную и застав Рут Трексмор за дружеской беседой со своей матерью, сэр Арчибальд, при всей его обычной флегме, не мог скрыть изумления.
— Я… просто в восторге… что вы здесь, дорогая… но, честно говоря, немножко… удивлен… — слегка заикаясь, пробормотал он.
Рут встала:
— Сэр Арчибальд Лаудер, я имею честь просить вашей руки, поскольку вы сами никак не решитесь сделать мне предложение!
— Я… э-э-э… я не… ожидал… вы ведь понимаете…
Баронет смахивал на пингвина, которому некий шутник вздумал объяснять Эйнштейнову теорию относительности. В панике он посмотрел на мать, но та ответила лишь ободряющей улыбкой. И тут к Арчибальду наконец вернулось хладнокровие. Он снова вставил в глаз монокль и отвесил гостье легкий поклон.
— Мисс Трексмор, вы бы не согласились осчастливить меня, взяв в супруги? — Выпрямившись, он пояснил: — По-моему, так будет правильнее. Я с нетерпением жду вашего ответа, мисс…
— Я согласна, Арчибальд.
— Благодарю вас.
— И это все?
— Простите, не понял…
— Вы не собираетесь меня поцеловать?
Арчибальд снова поглядел на леди Лаудер, и та дала материнское благословение.
— Таков обычай, Арчибальд. А помимо всего прочего, вам этого смертельно хочется…
И вновь, как на берегу Темзы, баронет ураганом налетел на мисс Трексмор, сжал в объятиях и наградил столь жарким поцелуем, что молодая женщина едва не задохнулась. Покраснев, как вишня, она с трудом высвободилась из рук баронета.
— Ведите себя прилично, Арчибальд! — чуть слышно прошептала она.
Леди Элизабет Лаудер по-матерински заботливо вступилась за сына:
— Не судите его слишком строго, Рут. Я ведь вам уже сказала: Арчибальд невероятно застенчив.
И мисс Трексмор призадумалась, что с ней будет, если баронет, паче чаяния, сумеет победить робость!
У двери кабинета шефа, Теренса Вулвертона, Рут Трексмор почувствовала, что ей изменяет мужество. Она весьма опасалась, что, узнав о помолвке с баронетом, «большой босс» отпустит какое-нибудь вежливое, но пронизанное нестерпимо жестокой насмешкой, замечание. Однако, против ожиданий, Вулвертон пришел в восторг и горячо поздравил Рут с будущим статусом леди Лаудер. Мисс Трексмор хорошо знала шефа и понимала, что за внешней беспечностью светского щеголя скрываются недюжинное честолюбие и неуемная жажда любым путем приумножить славу семейной фирмы. Сам Теренс тоже вдоль и поперек изучил каждого служащего и старался поддерживать со всеми доверительный, почти отеческий тон. Впрочем, делал он это весьма охотно, свято веруя, что могущество фирмы тесно связано с процветанием всего Соединенного Королевства. Естественно, прошлое мисс Трексмор тоже не осталось секретом для Вулвертона, и она рискнула попросить у шефа совета.
— Вам известно, сэр, что в моей жизни, говоря несколько выспренним языком, существует… некая тайна… Порядочность требует предупредить баронета до свадьбы, но, боюсь, подобные откровения все испортят и он больше не захочет связываться со мной…
Теренс дружелюбно улыбнулся:
— А вам очень хочется стать леди, не так ли?
— Да.
— В таком случае, мисс Трексмор, я буду разговаривать с вами честно — не как джентльмен, а как бизнесмен. Короче, я совершенно уверен, что из вас получится именно такая жена, какая нужна Лаудеру, а потому советую промолчать. Пусть узнает о ваших тайнах в свое время. Не сомневаюсь, парень настолько вас любит, что не рассердится. А кроме всего прочего, он слишком хорошо воспитан… Желаю вам счастья, мисс!
Наконец пришло время писать приглашения и уведомления. Жених и невеста сидели в гостиной на Бедфорд Уэй. Увидев, что Рут вывела на конверте имя полковника Стокдейла, баронет принялся над ней подтрунивать:
— А я и не подозревал, что у вас есть знакомства в армии, дорогая…
— Это старый друг, он мне очень помог в жизни…
— Бывший воздыхатель?
— Нет. Я никогда не видела Джеймса-Герберта Стокдейла.
На языке у Арчибальда вертелись новые вопросы, но хорошая выучка не позволяла требовать признании, которых, похоже, ему делать не собирались. И баронет промолчал. Вскоре они надписали последний конверт и стали пить чай вместе с по обыкновению заботливой леди Элизабет. Арчибальд воспевал тайное очарование старого Парижа, куда собирался отвезти Рут в свадебное путешествие. Мисс Трексмор слушала, с трудом скрывая смущение, ибо она отлично знала, что ни в какой Париж не поедет.
Свадьба превзошла все ожидания Рут, а когда старый, слегка скрученный подагрой, но зато благоухающий лавандой «Ярдли» и отличным виски джентльмен назвал ее «леди», молодая женщина испытала самую большую за всю свою жизнь радость. Только теперь она окончательно поверила, что добилась положения в обществе.
Наконец после множества церемоний и приемов Рут и Арчибальд впервые за весь день остались наедине в тихом домике на Маргарет-террас. Молодая женщина заглянула в ванную и, освободив ее для мужа, прилегла на большую двуспальную кровать в стиле Людовика XVI. Баронет, забывший надеть пижамную куртку, появился в спальне с обнаженным торсом, и его мускулатура настолько поразила новоиспеченную леди Лаудер, что она позволила себе выразить легкое удивление. Комплимент явно польстил самолюбию Арчибальда.