Когда он придвигается ко мне, я дурачливо кривляюсь, показывая свое мнимое неодобрение их потехами над Робом, как в прежние времена скрывая истинные эмоции пеленой шуток и приколов.

Джейк же, очевидно, слишком занят своей экспедицией, чтобы это заметить. Приняв все за чистую монету, он хохочет и показывает мне язык, после чего, оказавшись на заднем сиденье по центру, чуть склоняется к Кенни и что-то обсуждает касательно их маршрута.

Сконфуженный Роб забирается обратно и осторожно прикрывает дверь. Настолько осторожно, что та должным образом не захлопывается и ему приходится все это проделывать вновь.

Вздохнув, я откидываюсь на спинку сиденья и провожу рукой по грязному стеклу, стараясь хоть немного его облагородить, чтобы Джейк, желая наблюдать за пейзажем по ходу езды, обращался к моему стеклу, а не к какому другому.

– Ну, все готовы? – Кенни, оборачивается к нам, после чего без всякого стеснения засасывает Лиззи.

– Готовы? – Джейк оглядывает нас с Робом, после чего вновь скашивает глаза к переносице, кривляясь, и они с Кенни скандируют что-то вроде индейского клича.

– А что с Вилмой? – уточняет Лиззи без особого энтузиазма.

– Она поедет следом за нами.

– Ну да – усмехается Кенни – она же крутая телка, у нее своя тачка.

– А, ну ладно.

Кажется, если бы ответом было «она поперхнулась и умерла», Лиззи ответила бы точно так же с точно таким же тоном.

Мы выезжаем из Хейдленда, когда мобильник показывает без четверти пять. Увидев, на что я смотрю, Мэри Джо фыркает:

– Мы вам говорили – шевелитесь. Пять часов, а мы только выехали.

– Все норм, к десяти будем – а если Кенни захочет пива, то долетим и к девяти. Лето, темнеет поздно.

Поворачиваюсь к ней и изображаю приведение:

– Или ты боишься злых-вредных-духов-Салема? У-у-у.

Она хохочет и хлопает меня ладошкой по плечу:

– Говнюк!

Усмехаюсь:

– Да, я в курсе.

– Зря вы недооцениваете возможность паранормальной активности в этом месте – бесстрастным деловым тоном заявляет Роб, но при этом краснеет, как рак (видимо, поражаясь собственной храбрости открыть рот).

– Мы? Да никогда – заявляю я, с трудом сдерживая смех.

Украдкой гляжу в зеркало салона и встречаюсь взглядом с Кенни. В следующее мгновение мы уже оба сотрясаемся от беззвучного смеха, каждый ловко объясняя это на свой манер. Кенни вновь жалуется на живот, а я теперь уже, в свою очередь, имитирую приступ кашля. Лиззи зажимает ладошкой рот, а Мэри Джо, такта ради, отворачивается к стеклу, но ее плечи предательски дрожат.

Роб, видимо, все-таки понимает, что мы смеемся – и смеемся над ним, потому как тут же замолкает, покраснев еще больше.

– Я лишь хочу сказать – бормочет он в итоге еле слышно – что следует непредвзято относится как к возможности существования отличной от нас энергии в той или иной форме, так и к невозможности ровно до того момента, пока мы не получим доказательства или опровержения.

– Молчаливым ты мне нравился больше, чувак – замечает Кенни, более не сдерживая смех.

– Кончай – я толкаю сиденье друга коленом и киваю Робу – не обращай внимание, он придурок. На самом деле реально будет круто, если мы что-то найдем. Просто Кенни провалил базовый школьный курс и потому любые более или менее научные термины ввергают его в неконтролируемый приступ истеричного смеха.

Словно подтверждая сказанное, Кенни принимается гоготать, едва ли не задыхаясь.

– Вот видишь – невозмутимо говорю Робу – а это я даже не старался.

Но раскрепостить несчастного задрота обратно уже не под силу даже мне. На все это представление он даже не улыбается, отвернувшись к окну и накинув на голову капюшон от толстовки, будто бы силясь тем самым стать невидимым.

Тачку Кенни сотрясает пару раз, когда асфальтированная дорога борется с грунтовкой – и тогда я всерьез задумываюсь, справится ли она с земляными ухабами, по которым нам и предстоит в итоге попасть в Ведьмино Село? Тейлор – тот самый старший брат Кенни, рассказывал, что они едва-едва смогли заехать в деревню на крутом джипе его друга.

– Судя по всему, там и до этого были траблы с адаптированным въездом – сказал он тогда нам, слегка поддав пива (иначе бы в принципе не раскрыл рта) – но годы запустения заставили и его зарасти сорняками и погрязнуть в чертовой земляной трясине. Когда колеса тачки Вуди стали прокручиваться на месте, разбрасывая в разные стороны комья грязи – я уж решил, что дело крыто. Чудом выбрались из этого дерьма.

– А что бы делали, если бы машина все-таки застряла? – спросил тогда Кенни.

На что его старший брат пьяно гоготнул, отрыгнув: